Ложь, которую мы крадем (ЛП)

"

"Мы вчетвером выходим со стадиона, они идут в другом направлении, чем мы. Остановка, чтобы сходить в туалет, прежде чем мы пойдем к машине Лиры. Прогулка короткая, мы много разговариваем, чтобы согреться.

Я вижу ее машину в нескольких футах от меня на одном из парковочных мест, а еще через несколько мест я вижу Алистера, прислонившегося к капоту своей машины и разговаривающего со своими друзьями. Я замечаю сильное покраснение на его костяшках пальцев, некоторые из них кровоточат. Он все еще без рубашки после драки, поэтому трудно не смотреть.

Зная, что я должна игнорировать его и просто сесть в машину с Лирой, я знаю, что должна просто уйти, но я не могу. Что-то внутри меня просто не даст мне уйти, пока я ему что-нибудь не скажу.

— Я скоро вернусь. — говорю я Лире, обхожу ее машину и направляюсь в его сторону.

Рук первым замечает меня, ухмылка на его лице вызывает у меня желание дать ему пощечину. Румянец окрашивает мои щеки, когда я начинаю думать, сказал ли он им, что мы сделали? Боже мой, они все знают, что мы сделали?

Внезапно я чувствую себя еще более незащищенным в этом ночном воздухе, и сильное желание поджать хвост и сократить свои потери, но я не могу сделать это теперь, когда один из них заметил меня.

Они все начинают двигаться, поворачиваясь ко мне лицом, это самые неловкие пятнадцать секунд в моей жизни, когда мы все стоим и смотрим друг на друга. Мои глаза отказываются даже смотреть в сторону Алистера, потому что я знаю, что он, вероятно, ухмыляется.

— Ну, это наши бойцы.

День рождения?

Они начинают уходить, когда я засовываю руку за спину, нервно держась за рубашку.

— Сегодня твой день рождения? Кажется, это лучший способ перейти к разговору с ним. Я не могу начать с того, что скажу: — Эй, наблюдая, как ты бьешь кого-то по лицу, меня это разозлило и обеспокоило, потому что я думаю, что меня привлекают опасные вещи.

Он кивает, нажимая кнопку на своем телефоне, чтобы показать время: — По крайней мере, три минуты назад.

— У тебя сегодня не будет вечеринки с друзьями и половиной города? Это шутка, которая должна была поднять ему настроение, но, видимо, не удалась.

Сняв рубашку с капюшона, натянув ее через голову, прежде чем посмотреть мне в глаза: — Я не праздную это.

Серьезность давит на его плечи, его тон ровный.

— Да ладно, тебе сколько, девятнадцать? Это закон, что ты не должен возненавидеть свой день рождения, по крайней мере, до сорока лет.