Ложь, которую мы крадем (ЛП)

Думая точно так же, как и все остальные, она отправилась в путь и покинула этот проклятый город. Я мчался со скоростью миллион миль в минуту, были ли еще пропавшие девочки?

— Босс не хочет быть слишком жадным, поэтому он ведет себя здесь мило, Фрэнк, и просит только одну из ваших дочерей. Вы отдаете одну из них и можете считать, что ваш долг уплачен. — Грег кладет руки на подлокотники кресла, наклоняясь лицом к мэру. — Полностью.

Битва Небес и Ада пытается разорвать мою душу пополам. Война, которую я никогда не ожидал, бушует в моей голове.

Я собирался раздавить Фрэнка Донахью.

Каждая кость превратится в пыль под моими руками, и когда я закончу с тем, чтобы он больше никогда не мог ходить, я позволю Тэтчеру нарезать его по-хорошему и подать этому гребаному городу на золотом блюде.

— Тебе нужна одна из моих девочек? Его голос дрожит.

— Или деньги. Твой выбор.

— Что… ты убьешь ее?

Меня тошнит от того, что ему вообще нужно задавать этот вопрос. Меня тошнит от того, что он вообще это обсуждает.

Милая, невинная Роуз, которая никогда не заслуживала всего этого дерьма. Мой друг, мой лучший чертов друг, который не спал по ночам, беспокоился о том, что он сделал, кто-то, с кем он перешел дорогу, был причиной того, что его девушка оказалась мертвой.

— Не будь наивным, Фрэнк. Ты бы продал одного из них секс-операторам. Мы продаем и обмениваем девушек.

— Боже мой. — Брайар скулит.

Грег вытаскивает пистолет и приставляет его к черепу Фрэнка, давая понять, что не ждет ответа.

— Подожди, подожди… подожди! Мне нужна секунда, только секунда!

— Мы дали вам достаточно времени. Ваше время вышло. — Я слышу тиканье взведенного назад пистолета, короткое молчание перед тем, как Фрэнк произносит заявление, которое меняет ход жизни каждого,

Навсегда.

— Роза. Возьми Розмари.

Следующие несколько минут моей жизни проходят в тумане поспешных решений. Несколько мгновений назад я видела, как Алистар чуть не сгорел от видео, которое мы оба смотрели. Мой желудок скрутило от одной мысли об этом.

Меня тошнило от мысли, что он обнимал Лиру, как ей было жаль его, когда на самом деле он сделал все это сам с собой. Причина, по которой он насмерть потерял дочь, а другую довел до грани безумия.