Ложь, которую мы крадем (ЛП)

Мы сели друг напротив друга, оба с открытыми ноутбуками и по меньшей мере тремя открытыми книгами, заметками, ручками, маркерами. Мы думали, что объединение выпускных экзаменов с нашим временем имеет смысл, пока мы не попытались сосредоточиться на трех вещах одновременно, пытаясь написать четырехстраничные работы.

Как так получается, что я учусь на математике, а до сих пор пишу чертовы работы?

Я беру одну из синих каталожных карточек: — Расскажи мне о структуре липидов.

Конечно, Лира специализировалась на энтомологии, а второстепенной — на биологии.

Когда она сказала мне, я подумала, что она немного сошла с ума, но потом подумала о том, что змеиный яд используется в некоторых сердечных препаратах, так почему бы нам не использовать насекомых?

— Мономер, глицерин и три жирные кислоты. Элементы включают углерод, водород и кислород. — Она жует кусочек красной скрученной конфеты, глотая, прежде чем я киваю.

— Тебе вообще нужно учиться? Я выгибаю бровь, улыбаясь.

— Наверное, нет, — пожимает она плечами, бросая в меня конфету. Он бьет меня в грудь, заставляя нас обеих смеяться.

Именно в такие моменты я чувствовала себя наиболее комфортно. Когда моя жизнь стала всем, чего я хотела. Учебные сессии с кем-то, кого я могла бы назвать своим другом.

Рассеянно я провожу большим пальцем по среднему пальцу, словно играю с кольцом. Слегка приподнятая кожа под костяшками пальцев заставляет меня смотреть вниз.

— Это больно? —с любопытством спрашивает Лира.

Макияж, который я наложила поверх него, начал блекнуть, и мне скоро нужно будет нанести его повторно.

— Нет. Думаю, было бы лучше, если бы было больно.

— Почему?

— Тогда я была бы более склонна ненавидеть это.

Я пообещала себе, что буду откровенна и честна с Лирой во всем. В том числе и то, что сама татуировка была красивой. Мне нравилось, как буквы умещаются в пространстве моего пальца, буквы А и С закручиваются, как лианы вокруг розовых кустов.

Я подумала о том, чтобы прикрыть его настоящей розой, когда все это будет сказано и сделано. Просто чтобы высказать Алистеру в лицо, что со всем, что он кинет в меня, я смогу справиться.

Даже если это была вечная память о нем.

— Должен ли я обижаться, что меня не пригласили на эту учебную сессию? Голос Истона Синклера напоминает мне утренний кофе.