Королева теней (ЛП)

Там была вспышка синего и белого, проблеск красной ткани, мерцание железа —

Рука и плечо, которые боролись с упавшей колонной.

Медленно, болезненно, Манона вытянула себя на мраморную плиту, ее лицо было покрыто белой пылью, синяя кровь текла вниз, по ее виску.

Через ущелье, полностью отрезанная, золотоволосая ведьма была на коленях.

- Манона!"

"Я не думаю, что ты унижалась из-за чего-либо в своей жизни, Лидер Крыла, сказал король.

Но здесь была Черноклювая ведьма, на коленях, умоляющая всех богов, которых они почитают, и здесь была Манона Черноклювая, пытающаяся подняться, пока храмовый остров рушился.

Аэлина сделала шаг по мосту.

Астерина — это было имя золотоволосой ведьмы. Она снова кричала Маноне, кричала в мольбе подняться, выжить. Остров затрясся.

Оставшийся мост — мост к ее друзьям, к Ровану, к безопасности — все еще держался.

Аэлина чувствовала это раньше: нить в мире, поток, бегущий между ней и кем-то еще. Она почувствовала это одной ночью, много лет назад, и дала денег молодой целительнице, чтобы к чертям выбраться с этого континента.

Сейчас это снова был он, этот рывок — к Маноне, чьи руки подогнулись, когда она рухнула на камень.

Ее враг — ее новый враг, которая убила бы и ее, и Рована, только представься ей шанс. Воплощение монстра.     Но, пожалуй, монстрам нужно приглядывать друг за другом, время от времени.

- Беги! - проревел Эдион с той стороны ущелья.

И она побежала.

Аэлина побежала за Маноной, перепрыгивая через упавшие камни, ее лодыжки подворачивались о рассыпавшиеся обломки.

Остров качался с каждым ее шагом, и солнечный свет обжигал, словно Мэла удерживала этот остров в воздухе с каждой последней частицей силы, которую богиня смогла собрать на этой земле.

Затем, Аэлина оказалась возле Маноны, и ведьма подняла на нее полные ненависти глаза. Аэлина стаскивала с нее камень за камнем, остров прогибался под ними.

- Ты слишком хороший боец, чтобы убивать тебя, - выдохнула Аэлина, протягивая руку под плечами Маноны и поднимая ее на ноги.

- Если я из-за тебя умру, я выбью из тебя все дерьмо в аду.

Она могла бы поклясться, что ведьма испустила надломанный смешок, когда поднялась на ноги, практически мертвым грузом в руках Аэлины.

- Ты должна позволить мне умереть, - проскрежетала Манона, когда они перепрыгнули через валун.