Испытание Виктории (ЛП)

Есть еще особые пожелания?

— Мы с Викторией будем зебу. Питер и Синди съедят то, что порекомендовал Магнес.

— Да, майор. Это займет тридцать минут.

— Спасибо, Кип.

— Да, спасибо, Кип, — копируя тон майора, поблагодарил Бретт.

* * *

Войдя в личные покои, Виктория увидела приглушенный свет и родителей, спящих в объятиях друг друга. Заглянув в ванную, она увидела упавший на пол гель для душа и брошенные на столе полотенца. Возле кровати на полу — мокрую одежду отца. Двигаясь потихоньку, девушка подняла мокрую одежду и сложила ее в ванную.

— Спасибо, Тори, — сказал Питер тихо.

— Все в порядке? — побеспокоилась она, а ее глаза наполнились слезами.

— Теперь да, — мягко ответил отец.

— Питер? — зашевелилась во сне Синди.

— Шшш, спи, Синди, все хорошо, — успокоил ее муж."

"— В шкафу есть сухая одежда, — прошептала Виктория, когда Синди устроилась. — Мы будем в гостиной. Бретт в порядке. Я позабочусь о третьей трапезе.

* * *

— Тори, где мама и папа? — беспокойно спросил мальчик.

— Они отдыхают, Бретт. Им это необходимо. Как дела с трапезой?

— Хорошо. Лукас показал мне, как звонить Кипу и заказывать еду. Я буду куриные наггетсы.

— Ах, вот как? — Тори ласково потрепала его по щеке.

— Да, пора попробовать еще раз!

— Думаю, ты прав, но не торопись, ладно? Твой желудок должен иметь силу удержать их внутри.

— Ладно.

Во время их разговора, Лукас подошел и встал перед ней.

— Порядок?

— Да. Кажется, все в порядке, — девушка потянулась к мужчине за поцелуем. — Я люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю, — обняв Тори, он притянул ее ближе и увидел, как из личной комнаты вышел отдохнувший Питер.

— Папа? — Тори волновалась о матери.

— Твоя мама выйдет через несколько минут, она одевается.

— Вы могли бы поспать подольше.

— Твоя мама беспокоится о Бретте, и она очень голодна, — разъяснил отец.

— Кип скоро будет здесь с третьей трапезой, — сообщил ему Лукас.

— Хорошо, ей нужно больше есть, она слишком похудела.

— Питер, прекрати, — Синди вошла в комнату в слишком большой одежде и в зеленом головном уборе, который сшила дочь из своей ночной рубашки.

— Мама, ты достаточно отдохнула? — побеспокоилась Тори.

— Тише, я в порядке, я со своей семьей, — Питер, подойдя к жене, приобнял ее, и, подведя к дивану, помог сесть.