Испытание Виктории (ЛП)

— За исключением…

— Что? — Лукас напрягся.

— Думаю, ты захочешь исправить последнюю часть. Ты никогда не используешь свой размер против меня, если не подумаешь, что это для моего же блага, — ее мокрые глаза уже зажглись веселым блеском. — Я кое-что узнала о мужчинах Зафар, живущих во дворце.

Лукас расслабился, прижимая возлюбленную к своему телу. Она в порядке и понимает его лучше, чем он иногда понимает себя.

— Я принимаю эту поправку.

Глава 10

Взлетная палуба гудела из-за произошедшего в «Эмансе», слухи множились.

— Что там с этим истребителем, Тэнк? — Лукас подошел к палубе с заднего коридора.

— Сэр? — Тэнк подпрыгнул.

— Истребитель.

— О, простите, сэр, все еще работаю над топливопроводом, еще пару часов, — сообщил Тэнк.

— Не больше, нужно, чтобы он заработал к 12:00.

— Да, сэр, — Тэнк не двинулся с места.

Майор поднял бровь.

— Проблемы, Тэнк?

— Нет, сэр, он будет готов к 12:00, — мужчина вновь приступил к работе.

Лукас оглядел палубу и вернулся в свой кабинет. Весь день люди при его приближении вскакивали и странно на него смотрели. Что-то случилось?

— Додж!

— Эй!

— В мой кабинет!

— Что случилось? — спросил Додж, прислонившись к столу.

— Именно это я и хочу знать. Что происходит? Почему все такие нервные.

— Они слышали о прошлой ночи в «Эмансе». Ты и Виктория. Реймонт. Ходят слухи.

Лукас нахмурился.

— О Реймонте я понимаю, но что насчет Виктории и меня?

— Лукас, это просто застало некоторых врасплох, вот и все."

"— Почему?

— Ну…

— Выкладывай, Додж, — майор начал злиться.

— Одна из причин — Виктория. «Легенда» о Виктории, стоящей перед ассамблеей, требующей свое право принять решение о наказании Одрика. Черт, Лукас, ей было девять!

— Я знаю, сколько ей было лет, я был там.

— Некоторых это пугает.

— А остальные причины? — по колебаниям Доджа, он мог сказать, что ему это не понравится.

— Некоторые думают, что вы родственники. Как брат и сестра.

— Черт! Люди так глупы?! Она мне не сестра!

— Я знаю, — Додж положил руку на его плечо. — Некоторые просто не задумываются об этом. Послушай, это пройдет. Дай им время.

— Я не должен был так открыто поступать. То, что происходит между Викторией и мной, наше дело и никого больше.