Шаги в темноте

– Ты чего такой? – спросил у бандита тот самый вор, что говорил про воровской закон.

– Чего… попалили нас! Охрана на складе солдат в помощь вызвала! Пацаны мои зазря легли!

Франт развёл руками, но ничего не сказал.

Красавец, однако, этот жест заметил.

– А ты что?! Пошто твои парни к нам на помощь не пришли? Забздели?!

– Ты за базаром-то следи… – холодно ответил подполковник. – От того места, где мы были, до проходной почти километр топать! У меня кавалерии нет! А летать мои парни не обучены.

– Хоть бы стрельнули!"

"– Да мы там, почитай, что три кило динамита взорвали! Уж всяко погромче выстрела-то будет! И с охраной малость пострелялись, не без того…

– Так! – пресёк перепалку смотрящий. – Хорош попусту базарить! По делу говори!

– А что тут говорить? Знали про нас… засаду, вон, устроили…

– Может быть, родной, ты хоть мне-то врать не станешь? – вкрадчиво поинтересовался Миша Бакинский. – Не ждали вас, про то сами вохровцы ментам отписались. А то, что вы всей кодлой троих человек заземлить не смогли…

Старый вор покачал головой.

– Что за народ такой пошёл? Врут – как дышат!

– А что там такое было-то? – поинтересовался Франт. – Стрельбу мы слыхали, это верно. Так и по нам лупили – ажно с двух сторон! Грузовик, вон, пулями попортило, бросить его пришлось, жалко.

– Вохра в казарме закрылась да в проходной, – пояснил Миша. – А покуда они там сидят – мимо хода нет. Всё у них под прицелом! А тут ещё солдаты, мать их…

– Так я ж предупреждал! – покачал головою Франт.

– Нет, – отрицательно мотнул головою старый вор. – У них, как оказалось, это давно предусмотрено было. Должны были солдаты на помощь прийти. Только команды и ждали…

– Так что ж ты молчал про это, старый… – вскочил с места Красавец, но, увидев, как налились кровью глаза смотрящего, счёл за лучшее попридержать язык. Бандит медленно опустился на место.

– Про то никто допрежь и не ведал, – ответил Бакинский спустя минуту.

Красавец опрокинул ещё стакан.

– За провал с тебя спросить бы надо, – веско произнёс Миша Бакинский. – Ведь дело тогда Франт говорил, я при том присутствовал и сам всё слышал. А ты в гордыню попёр и зазря пацанов своих положил.

– А ты чего тогда молчал? – окрысился бандит.