Грань судьбы (ЛП)

 — Кальдар помахал фотографией, чтобы высохли чернила. — Любой магический контакт будет перехвачен, и, учитывая, что мы находимся в поле, нам строго приказано ограничить нашу связь.

Он вынул насекомое из шкатулки, перевернул его на спину и осторожно нажал на грудную клетку. Бронзовая панель скользнула вниз, открыв маленький прозрачный кристалл. Кальдар поднес к нему фотографию, набрал несколько цифр и сказал:

— Активация.

Крошечные шестеренки завращались внутри насекомого со слабым жужжанием.

— Сканирование.

Луч света пронзил кристалл изнутри. Свет скользнул по фотографии, и кристалл потускнел.

— Кодирование, — приказал Кальдар.

Длинные лапки насекомого задвигались и задрожали. Панель над его грудной клеткой скользнула вниз, скрывая кристалл. Кальдар снова поставил его на ножки.

— На базу.

Спина насекомого раскололась. Появились тонкие, как паутинка, крылышки, один раз дрогнули и пришли в движение. Насекомое вылетело из шкатулки, зависло над травой и взмыло в небо.

— Мы получим ответ через несколько дней. — Кальдар встал. — Гастон, мы с тобой должны позаботиться о виверне.

Мгновение спустя Кальдар и Гастон пошли за водой, чтобы приготовить какую-то особую еду для виверны.

Джек подошел к Одри, держа Линг на руках.

— Не могли бы вы оставить ее в кабине на следующий час?

— Конечно. — Она забрала у него Линг. — Но зачем?

— Потому что мне нужно измениться, чтобы я мог поохотиться, и я не хочу, чтобы она волновалась. — Одри отнесла Линг внутрь и положила ее в большой плетеный сундук, где хранились одеяла.

— Посиди-ка ты здесь пока.

Она закрыла крышку. Тонкие щупальца магии вытянулись из ее руки, она щелкнула замком и вышла наружу.

Из-за спины виверны на массивных лапах выскочила рысь. Огромный, как большая собака, с густой и роскошной шерстью, большой кот посмотрел на нее зелеными глазами.

Одри боялась шелохнуться.

Большие уши рыси с черными кисточками на концах дернулись. Рысь открыла пасть, показав ей розовый язык, подмигнула и помчалась к деревьям.

Ух ты!

Она повернулась к Джорджу, который разворачивал спальные мешки.

— Это был Джек?

— Да, миледи.

Это становилось все более и более странным, и не в хорошем смысле.

Одри взгромоздилась на груду одеял.

— Знаешь, тебе вовсе не обязательно называть меня миледи. Я же простой Эджер.

Джордж одарил ее легкой улыбкой, которая осветила его ангельское лицо.

— Я тоже просто Эджер.