Эффект Грэхема (ЛП)

Должен ли он признаться, что солгал (потому что, черт возьми, конечно же, он солгал), или попытаться придерживаться своих моральных принципов. Если он выберет первое, он сравняет наши счеты и он это знает.

В конце концов, он оказывается умным человеком.

— Я знал, что ты никогда не простишь меня, если подумаешь, что это было что-то еще, кроме поцелуя, — говорит он хриплым голосом.

— У тебя было бы больше шансов, если бы ты был до конца честен.

— Чушь собачья. Ты думаешь, что целоваться — это измена.

— Целоваться — это и есть измена, — утверждает она.

— Кто тебе вообще сказал? — Бормочет Кейс.

— А что? Чтобы ты мог пойти и наорать на них? Чушь собачья. Признай это.

— И ты сказала мне, что все еще заботишься обо мне и хочешь быть моим другом, — бросает он в ответ.

— Сказала.

— Правда, значит вот так ты со мной дружишь? — Сарказм сочится из его голоса. Он снова пристально смотрит на меня. — Правда, Райдер? Ты действительно хотел быть моим другом?

Я не отвечаю. Но да, я действительно хотел быть его другом. Мне нравится этот парень, и я чувствую себя виноватым. Это все дерьмовая ситуация.

— Что ж, извините, что не могу погреться в лучах вашей дружбы.

Не сказав больше ни слова, Кейс садится в свою машину и уезжает.

Я смотрю на его исчезающий бампер, затем бросаю сухой взгляд на Джиджи.

— Значит, это была демонстрация силы.

— Нет. В смысле, да, я только что узнала, что он солгал мне. Но, клянусь, я попросила тебя потанцевать из-за песни.

— Теперь мы лжем друг другу, Жизель? Потому что в нас мне больше всего нравится честность.

Она вздыхает.

— На девяносто процентов песня. На десять процентов оскорбленная женщина.

Я хихикаю и тянусь к ее руке.

— Блядь. Это было жестко.

— Я знаю. — Она бросает на меня мрачный взгляд. — Может, нам убраться отсюда?

Когда я киваю, она подает знак парковщику.

— Давай я заскочу внутрь и заберу наши вещи из гардероба. О, и мне нужно убедиться, что Уитни и Ками смогут вернуться с кем-нибудь еще.