Эффект Грэхема (ЛП)

Затем три точки исчезают, и на экране появляется ее имя.

Когда мой пульс учащается, я выхожу из гостиной, где мы с соседями смотрели футбол, и направляюсь на кухню.

Наконец-то, блядь.

— Привет, — говорю я немного чересчур нетерпеливо.

— Привет.

Мое сердце сжимается при звуке ее голоса. С ума сойти, как сильно можно скучать по чьему-то голосу, когда ты больше не слышишь его каждый день.

Я прислоняюсь к кухонной стойке, выдыхая.

— Мне не нравится, что ты меня игнорируешь, — грубо говорю я.

— Да, ну, мне не понравилось, когда ты на меня кричал.

Сожаление наполняет мою грудь.

— Я знаю. Мне жаль. Я был в дерьмовом настроении, и мне не следовало срываться на тебе.

Наступает долгая пауза.

— Это все? — спрашивает она.

Я моргаю.

— Эмм. Да?

Она издает разочарованный звук.

— Мы же вместе, верно? Встречаемся?

— Да... — Осторожно отвечаю я.

— Люди разговаривают друг с другом, когда встречаются.

— Разве мы сейчас не разговариваем?

— Знаешь что? Извинения не приняты. Мне нужно идти.

— Джиджи...

— Нет, я собираюсь пообедать с Майей, а потом на пробежку.

Она заканчивает разговор, не попрощавшись.

У меня отвисает челюсть. Я все еще смотрю на экран, гадая, что, черт возьми, только что произошло, когда заходит Шейн, чтобы взять бутылку воды.

Я совершенно озадачен. Я извинился. Какого черта еще ей от меня нужно?

— Что? — Он смотрит на меня из холодильника.

— Я разозлил Джиджи, и она не принимает моих извинений.

— Женщины, скажи же? — спрашивает он, затем возвращается в гостиную.

Я плетусь за ним, раздраженно ворча.

— Серьезно, какого хрена?

— Что там такое? — растягивает слова Беккет.

— Джиджи злится на него, — добавляет Шейн.

— Разве у меня не может быть плохого дня? — Спрашиваю я.

— Женщины, скажи же? — Спрашивает Шейн, переключая свое внимание на игру Патриотов.

— Ты собираешься просто отвечать так на все, что я говорю? — Я спрашиваю его.

— Да. — Его взгляд по-прежнему прикован к экрану. — Пэты играют, и твои проблемы меня на самом деле не интересуют.

Уилл хихикает со своего места на диване.

Отчаянно нуждаясь в какой-либо информации, я поворачиваюсь к нему.

— Ты знаешь ее дольше всех. Ты можешь мне помочь?

— Ни за что. Я не собираюсь в это ввязываться, — заявляет Ларсен. — Достаточно того, что я нахожусь в центре этих отношений с Джиджи и Кейсом.

— У Джиджи и Кейса нет отношений, — отвечаю я убийственным голосом.

Он посмеивается над моим зловещим выражением лица.