Сердце дракона. Том 5

Бессмертный, способный без особого труда низвергнуть дракона, кланялся… Хаджару казалось, что все чудеса, виденные им прежде, меркли по сравнению с этим.

Поднявшись, Старик взмахом руки вернул шест обратно в руки. От этого, кажущегося простым, оружия тоже тянуло могучей энергией.

Внезапно Хаджара осенило.

– Вы сказали – гибели. Но он и так был мертв. Меня обучала лишь тень.

– Все верно, – кивнул старик. – но если он тебя обучал, значит остановил на тебе свой выбор наследника. И после того, как ты отказался взять наследие, он не смог бы передать его никому иному.

Во взгляде старика отразился легкий укор.

– Но тогда, получается…

– Все верно, – кивнул Бессмертный. – ты оставил дело всей жизни твоего Наставника без внимания. Видят Вечерние Звезды, суд его праотцов будет суров.

Хаджар вспомнил о просьбе тени поклонится Стелле в его Доме.

– А если я поклонюсь Стелле от его имени…

– Тогда, твои достижения будут связаны с его именем и праотцы будут довольны, – кивнул старик.

Сердце Хаджара пропустило удар. Оказывается, все это годы он носил на себе клеймо бесчестия. Тень, которая могла легко развеять его, предпочла сама исчезнуть, но отдать цветок и поделиться кусочком знаний. Тем самым она спасла его брата – Неро и помогла Хаджару выстоять в боях, что последовали после.

И, оказывается, что тому, кто столь тепло и, едва ли, не родственно отнесся к нему, Хаджар ответил повернутой спиной.

Видят боги – этот поступок, пусть и совершенный по незнанию, был апогеем бесчестия!

Хаджар, не раздумывая более ни мгновения, вонзил перед собой клинок в песок. Опустившись на колени, он трижды ему поклонился. Затем, проведя ладонью по лезвию, он призвал собственные силы и произнес:

– Клянусь, что однажды поклонюсь Стелле в Доме Ярости клинка и мой Наставник сможет спать спокойно.

Кровь на ладонь Хаджара вспыхнула синим светом, а потом втянулась обратно в закрывшуюся рану.

– Достойный поступок, – кивнул старик Бессмертный. – значит, мой соотечественник не ошибся в своем выборе. И пусть сейчас ты ничтожнее песка под нашими ногами, но я верю, что однажды мы встретимся еще раз. Так что позволь сказать тебе мое имя – Харлим.

Вот так вот просто.