Сердце дракона. Том 5

Постепенно из него начали проступать крылья, затем появилось туловище и вскоре, сделав пару кругов над головами Охотников, в сторону Подземного Города улетела огненная ласточка.

Теперь понятно каким образом Парис получал новости от охотников.

– Красиво, – выдохнул Хаджар, когда Кариса с ним поровнялась.

Ведьма посмотрела на Северянина, но не сказала ничего, кроме:

– Варвар.

Для остальных, даже для Глена, это действо выглядело настолько же буднично, как отправка письма почтовым голубем.

Поднявшись на бархан, отряд двинулся сквозь завесу.

Хаджару показалось, будто ему на плечи опустили десяток бревен, который он таскал в пору офицерства у Догара, да будут предки к нему благосклонны.

Верблюды откровенно нервничали. Даже мелкий и хилый, на котором и ехал Хаджар, норовил выдернуть уздцы. Благо, что сил Хаджара хватало, на то чтобы усмирить скотину.

Чего нельзя было сказать о Салифе и мальчишке, которым приходилось помогать.

А бояться было чего.

Черный песок, будь он проклят, будто живой слегка облизывал копыта верблюдов. Ласкал их с нежностью опытного любовника. А стоило только замешкаться и что-то на него обронить, как он поглощал его так же легко, как недавно молнию.

Наверное эти объяснялась девственная чистота окружающего пространства.

Низкое, тяжелое небо давило ничуть не хуже атмосферы. Рассекавшие его красные молнии порой казались глазами какого-то монстра.

Ощущение, что в спину смотрит голодный хищник, буквально сверлило разум раздражающим зудом.

Продвижение отряда резко замедлилось. Все чаще Салиф и Глен беседовали с Рамуханом, а до Хаджара доносились отголоски их разговора. Они двигались на север. В место, откуда пришло последнее донесение прошлого отряда Охотников.

Путь предстоял не самый длинный, примерно три дня – не больше.

– Опасность! – взревел Рамухан.

Он вскинул перед собой жезл, что-то прошептал и отряд накрыл сероватый купол. На его вершине светился кружащийся вокруг своей оси иероглиф. Кариса, сидя на верблюде, открыла талмуд. Со страниц слетели две огненных тени. Их длинные балахоны касались черного песка и тот, испугавшись, расступался в стороны.