Попала, или Кто кого

Вот где он его взял? — Иди в сестринскую промой руку, я сейчас приду, — оборачивая мою руку бумажным полотенцем, уже мягче добавляет он.

— Я сама.

— Сама ты бы сейчас пол намывала. С головой у тебя все же реально проблемы, Света, — ни капли шутки и сарказма в его голосе сейчас нет. Он действительно думает, что я чокнутая. Что в общем-то недалеко от правды. — Иди, чего ты стоишь?

— Иду.

На самом деле я даже руку промывала не сама, по сути, это делал он. Да уж, вот тебе и будущий врач, и типа действующая медсестра.

Это даже не позор, это хуже. У меня наступила такая апатия, что мне было уже совершенно все равно, что обо мне подумают, не говоря уже о том, что сделают. Тридцать шесть лет… это же совсем не много, а если быть точнее, наверное, мало для заведующего. Разве я могу представить себя такой через пятнадцать лет? Нет, мне это не светит, как бы я ни старалась. Характер не тот, нет хватки. Вообще ничего нет.

— Долго будет заживать. Мало того, что рабочий палец, так еще и на сгибе. Постарайся не мочить, купи напальчник, очень удобно.

У нас здесь, к сожалению, нет. Свет, ты меня слышишь?

— Слышу, спасибо.

— Ты готовить что ли не умеешь? Бабка тебе никогда не давала в руки нож, а ты побоялась об этом сказать?

— Умею, конечно. Это же первая женская обязанность. Просто я… на еду засмотрелась, вот и попала по пальцу. Все очень аппетитно выглядело, а я все же есть хочу. Да и вообще такое вредное и вкусное не привыкла есть, капающие слюни помешали… рационально мыслить, — на мои слова Волков лишь улыбается, и нет, не злобно, я бы даже сказала по-доброму что ли.

— Пойдем поедим, пока не остыло.

И все-таки еда — это что-то сродни наркотика. Я забыла о своем двойном позоре, как только проглотила первый кусок мяса с картошкой. Жизнь как-то заиграла по-новому. Когда я до предела забила свой желудок, вообще все показалось вдруг такой ерундой. Что самое удивительное, мы с Кириллом Александровичем вполне нормально разговаривали. Да, вопросы о бабушке мне не нравились, но он не старался меня задеть, наоборот, впервые показался мне вполне дружелюбным.

Он даже не ерничал, ну почти.

— Только не надо считать ее монстром, она просто специфический человек, но она меня любит. Я точно это знаю.

— Это как посмотреть. Ты действительно думаешь, что она даст снять тебе комнату и спокойно уйти из дома?

— Спокойно нет, но что она сделает, если я заплачу хозяевам?

— Ну ты же сама сказала, что из общаги тебя выгнали из-за нее.