Безжалостные святые (ЛП)

Медленно я убираю руки назад, и когда она не вскакивает, а вместо этого откидывается на сиденье, я вытаскиваю телефон из кармана.

— Вот координаты, – говорю я, вставая. Я передаю телефон Алексею, и когда он берет его, наши взгляды встречаются.

Медленная улыбка расплывается на его лице, а затем он притягивает меня в объятия.

— Маленький гребаный ублюдок. Рад тебя видеть.

Я похлопываю его по спине, и даже несмотря на то, что атмосфера пропитана печалью Уинтер, я все равно посмеиваюсь.

Алексей отстраняется, и я поворачиваюсь к своему брату.

Слава Богу.

Теперь мы можем прекратить убегать и спланировать наше возмездие.

— Скучал по тебе, – бормочет Дмитрий.

— Я тоже.

Когда мы отпускаем друг друга, Дмитрий смотрит на Уинтер.

— Как она держится?

Я перевожу взгляд на бледное лицо Уинтер, в ее глазах пустота.

— Нехорошо. Она потеряла всех.

— Она все еще жива, – бормочет мой брат, и когда я снова обращаю на него свое внимание, он ухмыляется.

Алексей возвращается из кабины пилотов после того, как сообщил им координаты. Он проходит мимо нас, затем садится напротив Уинтер. Я сажусь рядом с ней, а Дмитрий напротив меня, а затем наблюдаю, как Алексей пристально смотрит на Уинтер.

Она медленно поднимает голову и смотрит ему в глаза.

— Бланко. Ты хочешь отомстить, – Алексей сразу переходит к делу.

— Я хочу, чтобы они были искоренены, – выдавливает она слова.

— Твой остров. Он охраняется?

— Да, – отвечаю я от ее имени. Я рассказываю им все, что узнал о системе безопасности.

— Нам понадобятся наши собственные люди для атаки, – говорит Дмитрий.

— Займись этим, – приказывает ему Алексей.

Пока Дмитрий начинает звонить, Алексей пронзает Уинтер брутальным взглядом.

— Мои соболезнования.

Она только слегка кивает, ее челюсть напрягается.

Боже, эта женщина – нечто другое.

Она вообще человек?

С другой стороны, я бы, вероятно, так же отреагировал на смерть Дмитрия.

— Расскажи мне об алмазном бизнесе, – приказывает Алексей.

Уинтер качает головой, а затем, похоже, она осознает что-то плохое, поскольку ее губы приоткрываются.

— Я… Я ничего не знаю. Мой брат собирался взять все на себя. Киллиан… Киллиан… – ее голос становится хриплым по мере того, как затихает.

От этой новости губы Алексея кривятся, затем он бормочет:

— Я помогу за определенную плату.