Bad Therapy: Why the Kids Aren't Growing Up

Но хотя Офир явно видел много возможностей для совершенствования, он не считал своего сына инвалидом. Он не собирался снижать свои стандарты и для Мааяна. ""Он ходит только в туфлях, а не в сандалиях, хотя здесь очень жарко"", - сказал мне Офир. ""Пока мы не вернем эти сандалии, мы не купим новые"".

Меня поразило, что многие родители, которых я встречал, отдав жизнь своих детей на откуп психиатрии, похоже, больше не радовались своим детям. Офир не только любил, но и безумно наслаждался своим ребенком. Ему было все равно, что скажут учителя Мааяна.

Мы потеряли это где-то по пути: чувство, что эти дети, которых мы растим, - наши. Наша ответственность и наша привилегия. Мы не подчиненные школьного психолога, педиатра или учителя наших детей. Мы важнее их всех вместе взятых - в том, что касается наших детей. Мы дали нашим детям жизнь, мы поддерживаем ее, и именно мы несем прямые эмоциональные последствия того, как сложится эта жизнь. Пришло время вести себя соответствующим образом.

Я не знаю, как воспитывать вашего ребенка. Я не знаю ваших ценностей. И я инстинктивно не доверяю большинству тех, кто утверждает, что знает эти вещи. Я, конечно, не верю, что это знает хоть один эксперт по психическому здоровью. Они уже настолько испортили воспитание детей.

Эксперты по психическому здоровью заслужили солидную дозу скепсиса в отношении того, что они знают, как помочь ребенку стать успешным. Они, как известно, не спешат признавать даже свои катастрофические ошибки.

Они руководили катастрофой. Они убедили поколение родителей, которые хотели дать своим детям все, посвятить им больше времени и сил, чем все предыдущие, что мы не знаем, что делаем. Они убедили нас в том, что воспитание детей требует навыков и опыта, которые мы должны получить от них.

Но воспитание детей - это не умение. Это отношения - или были отношениями. До того, как эксперты профессионализировали их, превратив время, проведенное с нашими детьми, в отвратительную рутину. Мы переняли и отработали их неловкую манеру говорить, отреклись от своих инстинктов, стерли свою историю и оказались здесь: умоляем несчастных детей одуматься и вести себя хорошо. Паршивый трюк для людей, которые так сильно хотели иметь детей.