Санта–Барбара I. Книга 1

— А тебе что, гак хочется покурить, что ты и дома не высидишь? Тебе здесь не страшно, а Ник?

Он захохотал, а Круз принялся думать, пойти ли ему вперед или попросить Брюса приблизиться. «Маловероятно, что Оскар вдруг пойдет навстречу, — подумал Круз. — Но попробовать все‑таки надо».

— Оскар! — крикнул он. — Оскар, слышишь?

Дверь громко скрипнула и другой мужской голос произнес:

— Эй, старик, с кем это ты тут базаришь?

— Да тут Ник пришел, — произнес голос Оскара. — Курнуть ему хочется…

— Это какой такой Ник? — недоверчиво спросил незнакомый голос.

— Как какой Ник? — удивился Брюс. — Приятель, ты что, забыл Ника Тичелли? Он же недалеко отсюда живет, в соседнем доме!

— Ты что, в своем уме? — спросил незнакомец. — Ты мозги просуши, а то тут они у тебя заплесневели, сидишь целыми днями в подвале…

— Что ты язык распускаешь? — с угрозой в голосе произнес Оскар Брюс.

Круз стоял ни жив ни мертв. Он уже вытащил пистолет и приготовился к самому худшему.

— Кретин, нашего Тичелли ведь забрала полиция, — сказали Брюсу.

Круз напрягся и сжал рукоятку пистолета.

— Черт!!! — вдруг воскликнул за его спиной Мартин. — Крысы чертовы!!! Эта тварь укусила меня за ногу!

— Полиция! — заорал впереди Оскар Брюс. — Нас кто‑то продал!

— Смываемся!!! — крикнул его спутник.

Неожиданно грохнул выстрел. Пуля пролетела совсем близко от Круза Кастильо и только чудом его не задела.

У него и Мартина было преимущество, которое заключалось в наличии фонарей, способных ослепить врага. Круз посветил фонариком вперед и увидел, как от двери врассыпную бросились какие‑то люди.

Свет в комнате потух, музыка замолкла. «Они решили нас лишить ориентира», — мелькнуло в голове Кастильо. — Глупцы. Неужели до них еще не дошло, что мы их давно засекли?»

С той стороны были слышны довольно частые выстрелы.

Но тут у Круза кончились патроны. В запале сражения он и не заметил, как расстрелял обе обоймы. «Так, у нас уже один ствол!» — с непонятным весельем подумал Кастильо и оглянулся на напарника.

Мартин стоял на одном колене и стрелял. Он не уворачивался от летящих навстречу пуль, безрассудно полагая, что неуязвим.

Внезапно его пистолет дал осечку.