Их невинная принцесса (ЛП)

Алия вздохнула, сладко-солоноватый воздух наполнил ее легкие, и она подчинилась, прогнув спину и опуская поясницу вниз. В этот момент она почувствовала, как палец Лэна скользнул в нее.

Вот теперь были очень интимные ощущения."

"— Черт, дорогая. Ты такая узкая. Черт, ты едва можешь взять мой мизинец, но в один прекрасный момент эта великолепная задница расширится под моим членом.

Ей пришлось сосредоточиться на дыхании, ощущения были слегка шокирующими, и она всхлипнула, пытаясь привыкнуть к проникновению.

— Ты хорошо справляешься, детка, —  приободрил ее Купер, пока его губы порхали по ее шее.

— Она идеальная, — согласился Дэйн. — Алия, детка, тебе больно? Боли не должно быть. Может быть небольшой дискомфорт, пока ты не привыкнешь.

— Откуда ты знаешь? — выпалила она вопрос.

И он снова шлепнул ее... с пальцем Лэна внутри нее. Она ахнула от яркости ощущения.

Внезапно Дэйн оказался рядом с ней. Его тело возвышалось над ней, несмотря на то, что он сидел на коленях.

— Знаю, потому что готовился к этому.

Жесткое выражение на его лице не оставляло никаких сомнений о том, что он был честен. Он выставлял себя абсолютно уязвимым, пока смотрел на нее своими темными глазами. Он ждал ее решения: примет она его таким, каким он был, или нет. Внезапная радость зародилась внутри нее. Он предлагал ей себя настоящего, и в этом было что-то прекрасное.

Она не могла им отказать.

— Да, Сэр. Я попытаюсь свести сарказм к минимуму, но очень сложно быть серьезной, когда Лэн словно сдает мне экзамен по колоноскопии.

Дэйн зарычал, но улыбнулся так, как только он умеет это делать.

— За это еще десяток. Черт, ты убиваешь меня.

Его уже твердый член налился еще больше, когда он пообещал ей наказание. Мужчина исчез в мгновение ока, доказывая тем самым, что по-настоящему наслаждается поркой.

— Продолжай в том же духе, Лэн. Не нужно останавливаться только потому, что у нашей сабы дерзкий язычок.

Голос Дэйна снова стал мягким и глубоким, и она начала узнавать его. Так звучал его голос, когда он становился Домом. Он использовал его с ней не один раз, когда приказывал ей. Эти приказы почти всегда касались ее безопасности. Затем его тон стал жестче и безжалостнее, но там присутствовал все тот же безошибочно узнаваемый командный тон.