Финал (ЛП)

Я думаю о Поле. Как и он, для меня нет спасения. Пути назад нет. А Джереми Стоунхарт, что бы он сейчас ни думал, что бы ни планировал, не может любить женщину, которая безумна.

Печаль пронзает меня. Это нож в моем сердце. Я отворачиваюсь.

- Лилли, - снова зовет меня Джереми.

Это звучит как молитва, восклицание глубокой скорби и неверия.

- Я не могу...подойти ближе.

Я качаю головой. Я закрываю глаза и качаю головой. Я не хочу, чтобы он это делал. Слезы падают.      Они набухают под веками и стекают по щекам. Я ничего не делаю, чтобы остановить их.

Джереми не может любить меня. Я не настолько эгоистична, чтобы надеяться на это.

Я должна быть достаточно сильной, чтобы оттолкнуть его. Рыдание поднимается из глубины моей груди и заставляет мое тело чувствовать отчаянную пустоту.

- Лилли, что случилось? - спрашивает Джереми. - Лилли, посмотри на меня! Я здесь. Я здесь ради тебя. Неужели ты не понимаешь? Я здесь, чтобы вытащить тебя из этого ада!

Я зажмуриваю глаза, отказываясь смотреть на него. Я продолжаю трясти головой, снова и снова повторяя про себя слово ""нет"".

Нет, нет, нет, нет, нет.

- Лилли! - рявкает он. - Черт бы тебя побрал! Лилли, посмотри на меня!

Что-то в его голосе...что-то, что я чувствую исходит из глубины его души...что-то, что держит ключ к тому контролю, который Джереми Стоунхарт демонстрирует над всеми и всем...что-то там прорывает мою защиту и заставляет меня подчиниться.

Когда мой взгляд снова прикован к нему, я вижу, что он тоже плачет. Я чувствую внезапный, тошнотворный укол боли, пронзающий мой живот.

Он, как всегда, хорошо одет. Его радужки теряются в море красного цвета. Он выглядит изможденным, истощенным. Его глаза смотрят на меня из темных, изрытых ямами глубин. Потом я вижу ошейник на его шее, эту ужасную штуку. Новая волна отвращения пульсирует во мне.

- Я не могу подойти ближе..., - он в отчаянии протягивает мне руку. - ...из-за того, что они могут сделать с тобой, любовь моя. Моя Лилли-цветочек.

Я снова закрываю глаза и качаю головой. Нет, я хочу сказать.

Нет. Джереми. Повернись и оставь меня в покое. Нет, не жертвуй всем, что у тебя есть ради сломленной женщины. Нет, не отказывайся от всего ради того, кто недостоин твоей любви. Но я не могу говорить. Проклятая тряпка, зажатая между моими зубами, предотвращает все, кроме слабых всхлипов.

Вместо этого, как бы это ни разбивало мне сердце, все, что я могу сделать, это качать головой, снова и снова, и надеяться, молиться, что Джереми получил мое сообщение.