Цыганская невеста (ЛП)

Там Соня расплачется над телом дочери, подпишет бумаги, а сотрудник похоронного бюро даст ей телефон своей фирмы, чтобы ускорить оформление документов. И тогда горе поглотит ее целиком. Неприятно, но надо ловить момент.

— Соня, у нас есть запись, как Мойсес выходит из дома в ночь преступления.

— Это невозможно, — ответила Соня. — Он был дома.

— Вы всю ночь были с ним? Вы совершенно уверены, что он никуда не выходил?

Соня колебалась. Очевидно, со всей уверенностью она не могла этого утверждать. Брак — дело тонкое, за годы совместной жизни можно научиться незаметно уединяться, не вызывая подозрений.

— Нет, — согласилась она. — Не уверена.

— Дорожные камеры показывают, как Мойсес садится в белый фургон. Вам известно, что это за фургон?

— Может быть, фургон его кузена? Но это странно, они не общаются уже много лет.

— Какого кузена?

— Капи. У него антикварный магазин на Эль-Растро.

Элена медленно кивнула, принимая информацию к сведению; она сочувствовала этой женщине, словно близкой подруге.

— Где моя дочь? — спросила Соня. — Я хочу ее видеть."

"Тянуть больше нельзя. Придется нанести этот удар, а уже потом пытаться привести ее в чувство. Элена сделала еще два шага, взяла Соню за руку и снова остановилась, уже на пороге морга.

— Соня, мы нашли следы ДНК Мойсеса на теле Сусаны.

В течение нескольких секунд ничего не происходило. Время словно остановилось. Соня побледнела, кровь отхлынула от ее лица — и от ног, кажется, тоже, потому что она вдруг пошатнулась.

— ДНК Мойсеса на теле моей дочери? Не понимаю.

— Я тоже не понимаю, Соня, и мне нужна ваша помощь. Возможно ли, что Мойсес видел Сусану в ночь убийства?

— Это невозможно, он бы мне рассказал.

— Какие у него были отношения с дочерью?

— Нормальные отношения отца и дочери. — Ошеломленная, Соня не понимала, что говорит и что говорят ей.

— Не может быть, Соня. Они не могли быть нормальными. ДНК нашли под ногтями Сусаны. Значит, они дрались, и она его поцарапала.

Соня судорожно затрясла головой.

— Отношения у них… Иногда они ссорились. Она была непокорной, а он — очень авторитарным. Но… я не понимаю, что происходит, инспектор. Почему мне не выдают тело дочери?

— Соня, я хотела поговорить с вами, прежде чем сделать трудный для меня шаг.

— О чем вы говорите? Я хочу увидеть дочь, оставьте меня в покое, умоляю вас.

— Мы думаем, что ваш муж знает что-то об убийстве Сусаны, чего он нам не говорит.