Цыганская невеста (ЛП)

Карабанчельскую тюрьму построили в конце гражданской войны взамен тюрьмы Модело, стоявшей в самом центре Монклоа и ставшей ареной боевых действий. Она была настолько разрушена, что восстановлению не подлежала. Карабанчельская тюрьма вскоре прославилась знаменитыми заключенными, от Харабо, массового убийцы, одного из последних, кого казнили гарротой, до узников франкизма — таких как писатель Фернандо Санчес Драго, комик Хила или политики Мигель Бойер, Марселино Камачо и Рамон Тамамес. В 1998 году, под самый конец века, ее закрыли, а спустя несколько лет снесли.

— Нам нужен Одноглазый…

— Не знаю, приятель.

Группа румынских цыган заняла единственный тенистый пятачок во всей окрестности. Женщин среди них не было, они наверняка сейчас просили милостыню в центре Мадрида.

— Скажете, где найти Одноглазого, и я уйду и не стану брать вас за яйца. А если нет, потребую документы, вызову патруль, и вас отвезут в участок… Я в курсе, что ночью вы снова окажетесь на улице, но я позабочусь о том, чтобы этим вечером вам мало не показалось.

Один из румын внимательно посмотрел на Сарате — и предпочел взамен неприятностей продолжать и дальше сидеть в спасительной тени.

— На кладбище.

Вход на Южное кладбище находился на краю Карабанчеля, дальше начинался район Оркаситас. Им не пришлось даже входить — нищего они увидели у ворот.

— Одноглазый!

Не дожидаясь их приближения, он бросился бежать. Напарники кинулись за ним, Ордуньо вскоре опередил Сарате и уверенно сокращал расстояние между собой и нищим. Когда Сарате добрался до них, Ордуньо уже крепко держал добычу и дожидался, пока нищий и напарник переведут дыхание.

— Пора привести себя в форму, приятель, — усмехнулся Ордуньо. — Слушай, Одноглазый, почему ты убежал?

— Я всегда бегу, как увижу легавых. Тем более когда они в штатском.

— Ответь на мои вопросы, и у тебя не будет проблем. Ла-Кинта-де-Виста-Алегре, в эти выходные.

— Меня там не было.

— Почему?

— Один человек остановил меня у входа и дал сто евро, чтобы я пошел ночевать в пансион. И пообещал еще сотню, если я уговорю остальных тоже туда не ходить.