Молодая и покорная (ЛП)

Часть его гордилась тем, как серьезно его друг воспринял опасность и на какие жертвы он пошел ради девушки, которую в тот момент еще даже не любил. Ведь было невозможно не восхищаться самоотверженностью Хаммера в отношении защиты Рейн все эти годы. Это многое говорило о степени привязанности мужчины к ней.

— Понимаю, ты не можешь наблюдать за ней день и ночь. Но теперь у тебя есть я и моя помощь. Вместе мы сможем убедиться в том, что ее папаша больше никогда не приблизится к ней.

Не сказав ни слова, Хаммер лишь внимательно посмотрел на Лиама.

— Я никогда не хотел рисковать ею, но… возможно, ты прав.

— Так и есть.

Лиам ударил кулаком по пассажирской двери.

— Я даже ненавижу сам факт того, что этот ублюдок все еще дышит.

— Да, но ведь и Рейн, тоже. Так что деньги, которые я заплатил ему, стоили того.

— Она что-нибудь знает об этом?

Лиам подозревал, что ответ на этот вопрос ему уже не требовался.

— Ни единой гребаной детали, и будет лучше, если она вообще никогда не узнает об этом. Ты должен держать это в секрете.

Лиаму не нравилось это, и он уже почти предвкушал момент, когда их тайна всплывет на поверхность и аукнется им неприятностями, но он понимал желание Хаммера. Ведь рассказав все ей, будет уязвлена гордость Рейн.

— Договорились.

Наконец, Хаммер остановил машину перед добротным домом среднего класса в благополучном районе. Лиам посмотрел в окно.

Все выглядело таким нормальным, таким обычным. Наверное, у каждой семьи тут имеется по паре автомобилей и по паре ребятишек.

— Готов ли ты встретиться с почтенным старым папочкой? спросил Хаммер тоном, в котором явно читались нотки сарказма.

Нет. Но Лиам попытался взять себя в руки.

— Вряд ли я буду когда-нибудь готовым к этому.

Хаммер зловеще усмехнулся.

— Я задержу его, а ты обыщи каждую комнатенку, туалет и задрипанную трещину. Зови ее по имени, на случай, если он уволок ее куда-то в неизвестном направлении. Он наверняка заткнул ей рот, поэтому прислушивайся внимательнее.

Она с кляпом во рту? Блять, сдерживать свой гнев становилось все труднее и труднее.

— Я все сделаю.

Но если ее удерживают против воли, он забудет о своем обещании не убивать его.