Коронованный череп

— Тебе, девушка, не стоит путешествовать одной в обществе господина Форда, — заявила она племяннице. — Ты даже представить не можешь, какие гадости станут сочинять люди у вас за спиной!

— Я презираю любые сплетни! — с негодованием объявила мисс Тревик.

— Я тоже. Но это не значит, что их можно игнорировать. Ведь именно сплетни выгнали сэра Ганнибала из Санкт-Эвалдса.

После этого девушка согласилась, чтобы тетя сопровождала их с Освальдом.

— Вот только я никак не могу понять, как можно быть настолько глупым, чтобы поверить в то, что отец имеет какое-то отношение к этому преступлению, — вздохнула она.

— Как сказать, милая, как сказать, — заметила Лавиния.

— Тетя! Неужели вы верите…

— Моя дорогая, я не верю в обвинения, которые выдвигают против твоего отца. Что бы я ни говорила о Ганнибале, он слишком мягок, чтобы решиться на убийство. Но вы сами слышали, что вчера вечером он сказал, что спустился на пляж после того, как мисс Стреттон и господин Пенриф уехали.

— Уже после обеда, тетушка. Когда господин Боуринг уехал в Грандж, я отправилась искать отца, чтобы хорошенько расспросить, о чем это они за моей спиной договорились с Боурингом — я имею в виду его план выдать меня за Моргана. И я папу так и не нашла.

— И не могла найти, если он бродил по пляжу.

— Выходит, он бродил там несколько часов, потому что никто не видел его, пока не подали обед.

— А ты спрашивала его самого, где он был?

— Нет. Папенька не любит расспросов. А вечером пришло это ужасное известие об убийстве… Я и не подумала спросить. Да и зачем? Ведь я ни на минуту не сомневалась в его невиновности!

— Никто не сомневается в этом, дорогая, — успокаивающе проговорила мисс Куинтон. — Даже эта отвратительная миссис Крент, которая запустила все эти слухи, и та уже наверняка об этом пожалела.

— Не вижу причины, почему она должна была об этом жалеть.

— А я вижу, — язвительно ответила пожилая дама.

— Конечно, положит! — возразила мисс Тревик. — Освальд считает, что нам следует, как она и предложила, объявить, что я выхожу замуж за Моргана. Пусть люди думают, что господин Боуринг оставил деньги в доверительное управление нам обоим. Тогда у моего отца не будет мотивов для совершения этого преступления.