Коронованный череп

Никто не был в состоянии объяснить, каким именно образом он мог оказаться причастен к преступлению, так как всем было известно, что во время убийства баронет находился на ярмарке. Поэтому начались толки о сообщнике, которому баронет приказал скатить камень на шоссе, а если жертва переживет аварию, завершить дело при помощи револьвера. Мотив преступления был очевиден: наследство. Ни для кого не было секретом, что Ганнибал отчаянно нуждался в деньгах.

— Все это ерунда, — объявила мисс Энн Стреттон, которая, несмотря ни на что, защищала аристократа.

Она сказала это господину Пенрифу — не совсем подходящему слушателю для подобных откровений, так как Ральф явно ревновал ее к баронету.

— Не понимаю, почему вы считаете, что он не способен на убийство, — угрюмо прорычал Пенриф. — Любой бы сделал подобное ради денег.

— Не стоит всех судить по себе, — с презрением произнесла мисс Стреттон.

— При чем тут я? Все знали, что он в отчаянном положении. Впрочем, я понимаю, почему вы его защищаете.

— Это он хочет жениться на мне, — девушка довольно рассмеялась. — Но я не совсем уверена, что приму его предложение.

— Энн, вы отлично знаете, что я люблю вас.

— Мой дорогой Ральф, вы бываете очень милы и к тому же неплохо выглядите. Но все-таки у вас очень мало денег, и ваша мать не склонна сдавать свои позиции. Она — хозяйка вашего дома.

— Она сделает все, как вы пожелаете, если вы выйдете за меня замуж, — объявил молодой человек.

Мисс Стреттон покачала головой.

— Ваша мама не любит меня, — таков был ее ответ. — Она всякий раз радуется, когда я ухожу от вас. Я всего лишь бедная художница, но она считает меня недостаточно хорошей, чтобы быть достойной носить фамилию Пенриф.

— Но я-то думаю, что вы более чем достойны! Мисс Энн Стреттон, вы должны выйти за меня замуж.

— Нет. То есть… Я не могу дать вам ответ сейчас.

Господин Пенриф побелел от ярости:

— Значит, вы хотите выйти замуж за старика?

— Он не так уж стар и отлично сохранился.

— К тому же он — убийца.

— У вас нет права так говорить, — резко ответила Энн.

— Я буду говорить, что хочу и когда хочу.

— Как грубо! Да уж, хорошим же мужем вы бы мне были!

— Нет! Нет! Вы меня не так поняли, — только теперь Пенриф осознал, что зашел слишком далеко. — Можете поправить меня, если хотите, но я не думаю, что вы и в самом деле мечтаете выйти замуж за этого старика.