Коронованный череп

Вы — Хью Карни, двоеженец, поджигатель, убийца и фальсификатор. Достаточный список преступлений для любого жюри присяжных.

— Я могу все объяснить, — простонал Иосия, и тут снова раздался громкий, полный ненависти крик сумасшедшего, все еще продолжавшего охоту на свою жертву.

— Я дам вам шанс оправдаться перед сэром Ганнибалом. А теперь вставайте!

Гоня Полуина перед собой, словно барана, Форд отправился вниз по склону. Он толком не знал, где на-холится, но был уверен, что в какую бы сторону ни пошел, непременно оказался бы на дороге, огибающей эти холмы.

А уж там он найдет дорогу к побережью. Следующий крик младшего Боуринга, словно невидимый кнут, подстегнул Иосию. Было странно, что столь решительный и опасный человек так сильно боялся сумасшедшего, которого хорошо знал. Впрочем, в этот момент молодой человек был больше чем просто безумцем. Сейчас он превратился в маньяка-убийцу, а слова Полуина о том, что Моргана следует запереть, сделали коротышку его мишенью. И все же Освальда удивляло малодушие и страх злодея. По лицу Иосии градом катился пот. Юрист вел его перед собой, придерживая за здоровую руку на случай, если коротышка снова решит освободиться.

Потом они долго спускались по склону, поросшему колючей травой, кустарником и папоротником, натыкаясь то на каменную изгородь, то на огромный булыжник, то на овраг. Наконец, через полчаса, когда туман уже начал рассеиваться, они вышли на большую дорогу. По ней адвокат повел своего пленника к серой башне рудника Трегейгл.

Воздух там был чище, но полоса тумана все еще висела между солнцем и землей. В небе сияло солнце, но низины все еще скрывала белая пелена. Где-то там, наверное, все еще бродил Морган Боуринг, охотясь, словно фурия, призванная из ада госпожой Карни.

Когда молодой юрист и его пленник уже свернули на каменистую дорогу, ведущую к руднику, Освальд заметил громадную фигуру, спешащую им вслед. Это был Анак, неожиданно возникший с дороги, идущей от карьеров.

— Что все это значит? — крикнул гигант, замедляя шаг.

Иосия сверкнул глазами, словно высматривая способ сбежать. Но в следующий момент Освальд приставил револьвер к его уху и быстро прошептал:

— Сделай так, чтобы Анак отправился с нами, пес, или я тебе мозги вышибу.

— Хорошо, — пролепетал Полуин. — Только не говорите ему, что я его отец.

— А разве он не знает?

— Нет. А если узнает, убьет меня. Его мать — настоящий дьявол, она настроила его против меня. Молчите же… он совсем рядом.