Искушенная дьяволом (ЛП)

— Конечно, он это сделал, — бормочет Анджело, крепче обнимая меня. Он опускает взгляд и мгновение пристально смотрит на меня. — Вам двоим запрещено выходить из дома в течение следующей недели.

Мои губы растягиваются в улыбке. — Ты отстраняешь нас от занятий?

— Да. — Его глаза все еще полны беспокойства.

Рита входит в гостиную и протягивает мне тарелку. Увидев, что тост намазан сливочным сыром, я улыбаюсь ей. — Спасибо.

Мгновение спустя Большой Рикки приносит мне дымящуюся чашку кофе.

— Я чувствую себя избалованной, — бормочу я, откусывая тост.

— Мы так волновались, — говорит Рита, останавливаясь возле кофейного столика.

Я с трудом проглатываю тост и делаю глоток кофе, глядя на людей, которые стали моей семьей.

Дрожащим голосом я шепчу: — Вы все заставите меня плакать.

— Почему? — Спрашивает Анджело, и на его лбу появляется озабоченная морщинка.

— Потому что я чувствую, что меня любят.

Он берет меня за подбородок, и когда я встречаюсь с ним взглядом, он говорит: — Ты любима, детка.

— Все на выход, — приказывает Большой Рикки.

Тайни с ворчанием подчиняется, и я слышу, как он спрашивает Риту: — Что у нас на обед?

Я не слышу ее ответа, полностью сосредоточившись на Анджело.

Он наклоняет голову, затем бормочет: — Что это за выражение?

Я качаю головой и откусываю еще кусочек тоста. Когда я проглатываю его, Анджело приподнимает мое лицо, чтобы я посмотрела на него.

— Говори своими словами.

Мои губы приподнимаются, и жар разливается по моей шее, когда я говорю: — Тебя тоже любят."

"Его брови сходятся, и я наблюдаю, как он понимает, что я пытаюсь сказать, затем уголок его рта приподнимается в горячей усмешке.

Я ставлю чашку и тарелку на кофейный столик, прежде чем забраться к нему на колени и обвить руками его шею. Я делаю глубокий вдох и встречаюсь с его пристальным взглядом.

— Вчера, когда я подумала, что потеряла тебя, это разбило мне сердце.

Анджело поднимает руку к моей шее и проводит большим пальцем по коже.

Я наклоняюсь ближе и запечатлеваю нежный поцелуй на его губах, а когда отстраняюсь на несколько сантиметров, признаюсь: — Мне показалось, что мир вокруг меня рухнул.

Он медленно выдыхает, прежде чем сказать: — Ты никогда не сможешь потерять меня, mia piccola cerviatta. — Сокращая небольшое расстояние, он целует меня, затем его глаза снова встречаются с моими. — Я чертовски сильно люблю тебя, Виттория. Ничто, и я имею в виду ничто на этой богом забытой планете, никогда не разлучит меня с тобой. — Он целует меня снова.