Развод в 50. Я научусь тебя (не) любить

Хватаю джутовую мочалку с полки, выдавливаю немного геля и начинаю яростно сдирать с себя кожу. Тело тут же краснеет от моих действий, покрывается небольшими царапинами, но меня это не останавливает.

Когда тебе больно настолько, что хочется орать во весь голос, физический дискомфорт практически не ощущается.

Завтра точно на местах ссадин появятся фиолетовые синяки, но мне уже все равно.

Заканчиваю с телом и перехожу к волосам.

Намыливаю, тру пальцами кожу и подставляю голову под струи воды, чтобы смыть пену.

Из душа я выхожу без слез, но с каким-то потерянным состоянием.

Головная боль никуда не уходит, но хорошо, что я храню часть лекарств в ванной. Достаю обезболивающее и запиваю таблетку водой из-под крана.

Обматываю тело большим банным полотенцем и зачесываю назад сырые волосы.

Готово."

"Кажется, я мылась целый час, но Кирилл, к сожалению, никуда не ушел.

Снял пальто и обувь, прилег на кровать, но, когда увидел выходящую меня, тут же вскочил на ноги.

– Достань мне чемодан, – отдаю короткий приказ, стараясь не смотреть на мужа, – Он слишком высоко, а стремянка осталась в зимнем саду.

Кирилл сначала никак не реагирует. Молча осматривает меня, задерживается на лице, а потом…

Встает на колени.

Буквально. Падает на колени передо мной и хватает за бедра, прижимая к себе.

– Оля… Я все что угодно сделаю, я расшибусь о стенку, я…

– Не надо, Кирилл, – слезы, которые я проливала в душе, возвращаются с новой силой, – Отпусти.

От влаги на глазах ничего не видно.

– Я не смогу без тебя. Умру без тебя.

– Это я умерла из-за тебя! – плачу и кричу на него, – В тот момент, когда держала Федю на руках, а эта Мила радостно сообщала, что это твой сын.

– Не отпущу, – продолжает как умалишенный бормотать Кирилл, не обращая внимания на мой плачь.

Убираю руки с его плеч и просто застываю на месте.

Он никогда так не отпустит, если продолжу сопротивляться.

Поэтому я закрываю лицо ладошками и тихо реву, пока Кирилл то сжимает меня, то гладит по спине и ногам.

Он что-то шепчет, целует через полотенце живот, прижимается лицом, но я никак не реагирую.

Постепенно тело накрывает усталостью. Той самой, которая всегда ощущается после стресса.

Сначала организм аккумулирует все силы, чтобы защитить от опасности, а после ты скатываешься в эмоциональную яму.