Сердце Моего Монстра (ЛП)

Невозможно вспомнить, почему я должна сопротивляться, уходить и исчезать.

Мои губы дрожат под его жесткими, требовательными губами.

Поцелуи Кирилла всегда были незабываемыми, но этот поцелуй? Как будто я столкнулась с ураганом, и мой единственный выбор — позволить себя унести.

Он захватывает мой подбородок, его пальцы давят на кожу с неоспоримой силой. Все в нем кипит контролем и властью.

Его прикосновения.

Его грудь, которая прижимается к моей.

Его рука, которая приклеилась к моей спине.

Мои губы приоткрыты — или, может быть, я добровольно позволяю им разойтись.

Эмоции захлестывают меня с головой, и я уже не могу определить, что из этого — то.

Это легкое колебание — то, что нужно Кириллу, чтобы вторгнуться в мой рот. Его зубы впиваются в мой язык, давление растет по нарастающей, удерживая меня в заложниках своей интенсивностью. В тот момент, когда я думаю, что он прорвет кожу, он всасывает атакованную часть.

Я кусаю его в ответ так же сильно, может быть, даже сильнее. Я должна причинить ему боль за всю эту путаницу, предательство, разочарование.

"Я хочу причинить ему боль.

Нет, мне нужно причинить ему боль за все, через что он заставил меня пройти только потому, что я глупо любила его.

На этот раз во рту появляется металлический привкус. Он тоже должен почувствовать его, но он не останавливается и не делает паузы в своей миссии по завоеванию меня.

Дрожащими пальцами я сжимаю его челюсть и закидываю руку, в которой держу пистолет, ему на плечо.

Кирилла не останавливает тот факт, что я укусила его до крови.

И знаете что? Я делаю то же самое.

Я месяцами не прикасалась к нему, и теперь, когда наконец-то делаю это, я не могу остановиться.

Я не остановлюсь.

Это все из-за глупых эмоций, которые во мне бурлят, и из-за тех проклятых мыслей, которые у меня были раньше. Я верила, что он мертв, или ранен, или его похитили, и только прикоснувшись к нему снова, я окончательно убедилась, что он жив.

Я могла бы положить этому конец сейчас.

Я должна.

Именно это я говорю себе, встречаясь с ним на пути. Наши сердца бьются друг о друга, и я наслаждаюсь этим.

Я запечатлеваю это в глубине души, чтобы потом вспоминать, когда его не будет рядом со мной. Сердцебиение Кирилла всегда было мягким, невозмутимым и полностью контролируемым. Как и он сам.

Это первый раз, когда он позволил своим эмоциям взорваться.