Правило Диксона (ЛП)

Вероника сидит на другой стороне прямоугольного бассейна, читая роман с голым парнем на обложке. Хотя мне нравится прикалываться над ней за то, что она спит со всеми бассейными мальчиками, я восхищаюсь её беззаветным отношением к жизни. Ей за пятьдесят, и она живёт своей лучшей одинокой жизнью после затяжного развода. Ни мужа, ни детей. Живёт мечтой.

Её голова поднимается, как только Шейн приходит, с признанием в глазах. Отлично. Кажется, мы будем иметь этот неловкий разговор перед аудиторией.

— Привет. — Его голос звучит немного хрипло, и он выглядит уставшим.

— Привет.

Пока Шейн ложится и растягивает ноги, я не могу не заметить, что его тело просто доминирует на этом шезлонге. Оно бесконечно. Но, наверное, так бывает, когда ты шесть футов один дюйм ростом с глупо длинными ногами и широким, мускулистым торсом.

Я поворачиваю голову к нему. — Где твои гости?

— Ушли, слава богу. Тур по Брайару у Линси начался в девять.

— Они вернутся сюда позже?

— Нет. — Его тон снова полон облегчения. — Она сразу поедет обратно в Коннектикут после интервью.

Я изучаю его четко очерченный профиль, не в силах подавить воспоминания о том, как было приятно проводить пальцами по этому скульптурному подбородку. Как мягкие волоски на его затылке были под моими кончиками пальцев перед тем, как я обняла его за шею, чтобы поцеловать глубже.

Я быстро отвожу взгляд. О Боже. Несмотря на измену моих губ в последнее время, мне он не нравится. Он меня раздражает.

Шейн, не замечая моего внутреннего смятения, начинает пролистывать телефон.

Я вздыхаю. — Мы серьёзно не будем это обсуждать?

Он хихикает.

На другой стороне террасы Вероника села немного прямее и положила книгу. Она открыто наблюдает за нами теперь. Надеюсь, она не умеет читать по губам.

— Мы поцеловались, Диксон. Ничего особенного. — Он звучит беззаботно.

— Это больше не повторится, — говорю я решительно.

— Всё в порядке.

— Что ты имеешь в виду, говоря всё в порядке?

Он кладёт телефон и приподнимает бровь. — Ты хочешь, чтобы это повторилось?

— Конечно нет.

— Тебе не нужно это объяснять. Мы на одной волне.

— Значит, ты тоже играл роль?

— Нет, я хотел тебя поцеловать.

Это заставляет меня замолчать.

Шейн смеется. — Диксон. Это был поцелуй. Ты раздуваешь из мухи слона.

— Я не раздуваю.

— Хорошо.

— Отлично.

— Прекрасно.

— Великолепно. — Он снова хихикает.