Правило Диксона (ЛП)

— Ты должна литься потоком слов о том, как собираешься завоевать мир, — говорит Майя тем насмешливым тоном, который она всегда использует, чтобы поддразнить меня, но это нормально, потому что я тоже её поддразниваю.

— Но вместо этого ты сидишь и смотришь в никуда. Ты даже не на телефоне. Что случилось?

Шейн меня не хочет.

Признание стремится всплыть, но я его сдерживаю, сжав губы. Нет. Я не дам Линдли удовлетворение плакать перед друзьями. Тогда это станет реальным.

Это реально.

Но не для него.

К моему ужасу, слёзы начинают щипать мои веки.

— Что с твоим лицом? — требует Майя, и я понимаю, что она смотрит на меня в боковом зеркале.

Глотая комок в горле, я вытираю глаза вдруг разгоревшимся рукавом пальто.

— Эй, Диана, серьёзно. Что происходит? — Джиджи выглядит обеспокоенной. — Ты поссорилась с Шейном?

— Не совсем. — Мой голос немного дрожит. — Я имею в виду, он пошёл встречаться со своей бывшей девушкой, хотя я просила его этого не делать.

— Ого. — Майя шепчет.

— И она только что рассталась со своим парнем и явно хочет его вернуть. Но знаешь… — сарказм льётся из моего голоса. — Он должен выслушать её из-за нашего прошлого.

Челюсть Майи отвисает.

Джиджи проклинает. — Ты издеваешься? Что значит выслушать её? Она явно пытается вернуть его.

— Да, я это и сказала. — Я сжимаю зубы, чтобы не дрожали губы. — Но не важно. Он может делать, что угодно.

— Он твой парень.

— На самом деле, нет.

Признание висит в машине. Громкий гудок заставляет нас всех вздрогнуть. Мужчина в машине за нами раздражён, что Джиджи не проехала перекрёсток. Она поднимает руку в извиняющем жесте и продолжает движение, направляясь к трассе. Дорога обратно в Хастингс займёт около часа, и после этого взрыва, который я устроила, я знаю, что поездка будет неудобной.

— Всё началось с того, что он хотел сохранить лицо, когда Линси пришла к нему домой с её новым парнем.

— Джиджи рассказала мне об этом, — говорит Майя, звуча расстроенной. — Как же Персиваль превратился в сталкера?

— Не знаю, ладно? — Я прячу лицо в руках и стону в ладони.

Когда я поднимаю голову, я чувствую тревогу, печаль и злость одновременно. Я была на таком подъёме раньше. Особенно после танго.