Как проиграть в любви (ЛП)

 — Райан закатывает глаза, не то чтобы я винил ее за то, что она думает, что это звучит чертовски глупо — потому что так оно и есть.

Я продолжаю, минуты тикают.

— Она встает и подходит, когда я спрашиваю, что ей нужно, и, клянусь на Библии, она… — Я не могу сказать Райан, что соседская девочка предложила мне отсосать. Это выведет ее из себя, особенно учитывая, что Райан не хочет, чтобы я даже произносил имя Тиффани. Я также не могу использовать слово «минет» в предложении.

Смертельный приговор.

— Она… что?

— Она сделала мне предложение.

— И что она на это ответила?

— Она наклонилась и сделала то, что ты видишь на фотографии. Но чего ты не видишь, так это того, что я отталкиваю ее и врываюсь в дом. Я позвал близнецов. Они были на кухне и готовили ужин. Они видели, как я был взбешен.

— Мы едва могли его успокоить, — с энтузиазмом добавляет Дрейк, который всегда является источником информации. — Он действительно был в бешенстве.

— Прости, но СМИ стояли лагерем у вашего дома, по крайней мере, неделю. Как ты мог не знать, что там кто-то фотографирует? Дай мне передохнуть. Ты сделал это нарочно.

Я знал, что это будет нелегко, но надеялся, что она, по крайней мере, поймет мою логику и выслушает меня. Оказывается, Райан цепляется за свои собственные теории, подпитываемые сверхактивным воображением и тем, что она несколько дней отказывалась со мной разговаривать.

— Честное слово, я понятия не имел, что кто-то следит за нами.

Уголки рта моей девушки опущены вниз.

— Ты не понимаешь? Все думают, что ты мне изменил. Сейчас об этом говорят во всех новостях — снова. Мои родители постоянно звонят мне — снова. Шепот перешел от «О, боже, так вот с кем он встречается?» к «О, боже, ты слышала? Он изменил ей, вот это да».

— В этом-то и есть гребаная проблема. Все думают, что знают меня, потому что видят меня по телевизору и смотрят мои интервью. Все думают, что раз у них есть пульс, то у них есть мнение о моей жизни. Я не могу встречаться с теми, с кем хочу, не могу поступить в колледж, куда хочу, не знаю, попаду ли я в команду, за которую хочу играть. — Я встаю, расстроенный.