Сверкающая надежда (ЛП)

Сначала я даже не поняла, что стук — это реальность, и подумала, что мой сон — это какие-то шрамовые спецэффекты.

По мере того, как я просыпалась и привыкала к яркому свету в комнате, залитой солнечными лучами, я поняла, что стук доносится из коридора и точно не является сном.

Это мог быть только один человек.

Картер.

Картер, который спал всю ночь в соседней с нами комнате.

Картер, лучший друг Уэстона.

Уэстон.

Я только сейчас поняла, что Уэстон лежит рядом со мной, его рука лежит на моей талии под футболкой.

У нас с Уэстоном был секс.

Фантастический секс.

Секс, которого я жаждала еще больше.

Почему Картер стучал?

Я не хотела, чтобы он врывался, потому что увидел бы меня в футболке Уэстона, а Уэстон спал рядом со мной.

Я не хотелось и не хочется объяснять это, потому что что тут объяснять? Я должна была сама понять, что все это значит.

Стука больше не было слышно, и я освободилась от объятий Уэстона.

Я выскользнула из-под руки Уэстона и встала с кровати, тихонько пробравшись к двери, которую приоткрыла на щель, чтобы просунуть голову.

— Картер? — Позвала я его шепотом, когда он прошел по коридору и остановился у двери Уэстона.

— Ты не видела Уэса?

Он лежал в моей постели и спал.

— Нет, а разве меня это должно волновать?

Картер ухмыльнулся.

КАРТЕР УХМЫЛЬНУЛСЯ.

Почему он ухмылялся?

— Нет, но я хотел бы сходить в туалет. Могу я пройти через твою комнату в ванную?

— Хах?

Я смотрела на него, сведя брови вместе, и могла поклясться, что в моей голове появились вопросительные знаки.

— Дверь заперта. — Объяснил он.

Вот черт.

Вопросительные знаки замелькали в моей голове, когда я поняла, почему дверь заперта. Вчера вечером мы с Уэстоном вместе принимали душ и заперли дверь в его комнату, чтобы Картер не смог войти.

Сейчас мне хотелось удариться лбом о стену.

Если бы мы снова отперли дверь ночью, я бы не стояла перед Картером и не вела этот неловкий разговор. Я почувствовала, как дверь моей спальни распахнулась шире, и мимо меня поспешил Уэстон.

— Доброе утро. — Сказал он хриплым, сонным голосом.

Мы с Картером посмотрели друг на друга, и он выглядел таким же потрясенным, как и я.