Безвозвратно (ЛП)

Корсет с глубоким сердцеобразным вырезом был без бретелек, юбка, подбитая впереди кружевом, заканчивалась намного выше колен и переходила сзади в длинный хвост.

Вся талия платья была расшита жемчужинами и бирюзой. Низкое декольте эффектно подчеркивало мою грудь, а узкий корсет и юбка обхватывали мою фигуру, создавая идеальный образ песочных часов.

— Вау, — выдохнула Грейси, снова заглянув в кабинку. — Вот это я понимаю.

Я не могла оторвать взгляда от зеркала, с трудом веря, что это было мое отражение.

— И кем она будет? — спросила Грейси, обращаясь к Хелен, и я оглянулась на них, нахмурившись.

— Что ты имеешь в виду?

— О, это особенность вечеринок Симоны, — пояснила Грейси. — Они проходят в формате костюмированного бала. Все гости одевают маски, не называют собственных имен и все прочее.

— Она будет сиреной, конечно же, — ответила стилистка, словно это было очевидным.

Немного позже мне подобрали соответствующие туфли, элегантный клатч и красивую маску в лучших традициях «Марди Гра».

Следующим пунктом нашей остановки стал салон красоты. Один из тех, где нам предложили что-нибудь выпить, пока мы ожидали своей очереди. Все это, мягко говоря, меня настораживало, и я, склонившись к Грейси, прошептала:

— Я не могу себе позволить такую роскошь, Грейси.

Но она только беззаботно улыбнулась, поведя плечами:

— Все в порядке. У Симоны здесь открыт счет, — произнесла она, пролистывая глянцевый журнал. — Мы все сюда ходим, не волнуйся по этому поводу.

Очень скоро назвали мое имя, и в ближайшие два часа надо мной колдовали, как никогда в жизни: питательные маски, восковая эпиляция, макияж… Со мной делали все, что хотели, не слишком спрашивая моего согласия. Но когда дело дошло до волос и мне предложили сделать стрижку, я наотрез отказалась, не желая ничего слышать.

— Без проблем, не волнуйтесь так… — успокоил меня стилист Джорж, в котором можно было распознать представителя нетрадиционной ориентации на расстоянии километра. — Мы уложим ваши волосы в красивые волны, и они будут каскадом струиться вдоль спины, ослепляя своим великолепием. Вот и все.