Призрачная любовь (ЛП)

Мысль о посещении эксклюзивного клуба наполнила меня глубоким любопытством. — Что это за клуб?

— Это та часть, о которой я не могу тебе рассказать, — сказала она, встречаясь со мной взглядом в зеркале, а ее медово-карие глаза потемнели от волнения.

Вот дерьмо. Это нехорошо.

— Тогда что ты можешь мне сказать? — спрашиваю я, намыливая шампунем свои густые каштановые волосы и надеясь, что я не забыла купить новые бритвы.

— Только то, что у тебя будет невероятная ночь. И ради тебя я очень надеюсь, что ты воспользуешься тем, что тебе предложат.

Какого хрена?

— Я… подожди, — проворчала я, морщась. — Что, черт возьми, ты хочешь этим сказать? — спросила я, пытаясь осмыслить то, что она только что сказала.

Не то чтобы я никогда раньше не была в клубе. Что такого нового я могу испытать сегодня ночью?

Бекс смеется и выходит из ванной.

— Мой рот на замке, — пропела она, а ее глаза заискрились юмором. — И поторопись.

И с этими словами она ушла.

Айзек Бэнкс.

Боже, от одного его имени у меня в животе запорхали бабочки.

Он был лучшим другом моего брата с тех пор, как я себя помню. Мой брат Остин на шесть лет старше меня, и, сколько я себя помню, они с Айзеком были связаны по рукам и ногам, сея хаос повсюду, куда бы ни пошли. Каждое мое детское воспоминание об Остине также включает Айзека.

Я была очарована им с десяти лет. Я была маленькой девочкой, по уши влюбленной в него. Он всегда был для меня целым небом. Идеальный рельефный пресс с восхитительной дьявольской улыбкой. Единственная проблема в том, что он также являлся идеальным воплощением ходячего красного флага.

Хa. Единственная проблема.

"Женщины, с которыми встречается Айзек, — великолепны, чертовы супермодели, и когда он смотрит на меня… Я вижу это. Жалость.