Система [Спаси-Себя-Сам] для Главного Злодея (ЛП)

Стоило Шэнь Цинцю появиться на пике Цинцзин с Ло Бинхэ на руках, как вокруг него собралась кучка адептов, последовавших за ним в Бамбуковую хижину. При виде мирно спящего на руках учителя Ло Бинхэ Мин Фань отступил на несколько шагов с таким видом, словно его поразило молнией. Прочие же, наоборот, бросились вперёд, чтобы рассмотреть его поближе. Отпихнув тех, что мешали ей пройти, Нин Инъин воззрилась на маленького Ло Бинхэ:"

"— Он выглядит точь-в-точь как А-Ло, вылитый А-Ло! — хватая Шэнь Цинцю за рукава в лихорадочном возбуждении, она потребовала: — Учитель, а у него уже есть имя? Как вы его назвали?

Шэнь Цинцю не знал, что и ответить на это.

— Если у него ещё нет имени, то я… могу дать его!

Какого чёрта…

В этот момент Ло Бинхэ пошевелился у него на руках, бормоча:

— Что за шум…

Веер Шэнь Цинцю взвился в воздух в угрожающем жесте, но он тут же убрал его и вместо этого приложил палец к губам. Внезапно дверь Бамбуковой хижины распахнулась от мощного удара. Ло Бинхэ вздрогнул, распахнув глаза.

В хижину широкими шагами прошествовал Лю Цингэ. Бросив сердитый взгляд на смутившегося Мин Фаня, Шэнь Цинцю спрятал Ло Бинхэ за спиной и, натянув фальшивую улыбку, поприветствовал гостя:

— Как я посмотрю, шиди Лю, ты в отличной форме.

— Что ты прячешь? — сурово вопросил Лю Цингэ.

— Что прячу? Да ничего…

В этот момент Ло Бинхэ выскочил вперёд и, упираясь ладонью в грудь Шэнь Цинцю, воскликнул:

— Мне нет нужды прятаться, я его не боюсь!

Приблизившись, Лю Цингэ воззрился сверху вниз на детское личико, застывшее в вызывающей гримасе, и выдавил, словно слова давались ему с большим трудом:

— Когда… этот… Ло Бинхэ… сделал… тебе…

«Сделал?»

Сделал мне что?

Поскольку Лю Цингэ окончательно смешался, Мин Фань закончил за него:

— Ребёнка, да ещё такого большого!

Великий и ужасный Лю !

Чтоб ты знал, Сян Тянь Да Фэйцзи сроду не писал Mpreg [5]!

К тому времени, как он вышвырнул великого мастера Лю с пика Цинцзин весьма неучтивым образом, Шэнь Цинцю уже просто кипел от возмущения.

— Ну и как мужчина, по-вашему, может родить ребёнка?

Уяснив, что мальчик, которого принёс Шэнь Цинцю, не был его сыном, Нин Инъин испытала немалое разочарование — ещё бы, ведь теперь все чудесные придуманные ею имена пропадут втуне.

— Так говорил братец-подметальщик, вот мы и решили, что это правда. Кто же знал, что у братца А-Ло тоже может случиться искажение ци!

«Славная работа, братец-подметальщик, ничего не скажешь.