Система [Спаси-Себя-Сам] для Главного Злодея (ЛП)

Или я напутал с акупунктурными точками? С объёмом передаваемой энергии я точно не ошибся — не слишком много, не слишком мало — отчего же Ло Бинхэ продолжает выказывать признаки недовольства? Или… я просто сказочный неумеха?»

Когда он наконец отнял руку, Ло Бинхэ испустил вздох облегчения — от напряжения его глаза налились кровью. Мог ли он ожидать, что в этот самый момент его заключат в крепкие объятия?

Обнимая его, Шэнь Цинцю опустился на постель.

— …Учитель, учитель! — стенал Ло Бинхэ словно на последнем издыхании.

Шэнь Цинцю не стал снимать его нижнее одеяние, но их разделял лишь тонкий слой ткани, так что они могли чувствовать биение сердец друг друга. Он тесно прижал к себе ученика, до максимума усилив контакт между их телами — а тем самым и возможность передачи духовной энергии.

— Я боюсь, что одной ладони тут недостаточно, — пояснил Шэнь Цинцю. — Потерпи немного, и все твои ссадины исцелит моя духовная энергия, несколько раз пройдя по твоим меридианам — это куда более эффективно, чем применяемое тобою снадобье.

Сжавшись, словно ежонок, Ло Бинхэ принялся вырываться:

— Учитель! Учитель! Но я уже и так весь обмазан лекарством с головы до ног!

От этого копошения раздражение Шэнь Цинцю достигло предела. Шлёпнув Ло Бинхэ по руке в попытке призвать его к порядку, он исполненным достоинства тоном бросил:

— И что ты ёрзаешь?

«Я тебя лечу — а ты ещё и сопротивляешься!» — возмутился он про себя."

"Этот удар был не слишком сильным, но ощутимым — получив его, Ло Бинхэ и вовсе одеревенел, будто его поджаривали на костре.

— Учитель… — выдавило это «полешко», — это не действует! Пустите меня! Пустите…

— Ло Бинхэ, — с укором бросил Шэнь Цинцю, — будь ты трепетной девой вроде Нин Инъин, застенчивой и краснеющей, вот как ты сейчас, то, само собой, я не стал бы делать такого. Но ты ведь не девочка — ты что же, боишься, что я проглочу тебя живьём?

После этого упрёка Ло Бинхэ прекратил вырываться, но при этом заинтересовался другим вопросом:

— Что имеет в виду учитель, говоря, что не стал бы делать такого с шицзе Нин?

В самом деле, если бы на месте Ло Бинхэ оказалась раненная Нин Инъин, то, наберись Шэнь Цинцю двухсоткратного мужества, он не осмелился бы применить к ней подобный метод лечения: будь у него возможность поклясться в этом, он, не раздумывая, принёс бы этот обет.

— Разумеется, не стал бы, — решительно заявил он.