Бог Разрушения (ЛП)

Она заняла мамино место и с легкостью стала моей болельщицей номер один. Она только что окончила колледж и готова приступить к осуществлению своей мечты бизнес-леди, но все равно остается для меня моделью и так очаровательно дуется, когда я говорю, что она не увидит, над чем я работаю.

— Куда мы идем? Глин? Брэн?

Мои брат и сестра ухмыляются и показывают мне большой палец вверх, а затем присоединяются к маме, которая борется со слезами, давая несколько интервью. Папа рядом с ней выглядит гордым и довольным. Скажем так, мое решение перестать донимать брата и сестру ради спортивного интереса значительно улучшило отношения в семье.

Оказывается, это я был проблемой и королем драмы. Шокирующе, я знаю.

Но, как бы то ни было, настал момент, которого я так долго ждал.

— Брэн?

— Это я, муза, — я прикоснулся губами к ее щеке.

Она вспыхивает ярко-красным цветом.

— Лэн?

— Да, — я беру ее за руку. — Следуй за мной.

— Когда я смогу увидеть статуи? Я уже достаточно долго ждала.

— Терпение.

— Я терпела целых два года.

— На то есть веская причина, поверь мне.

Толпа расступается, как Красное море перед Моисеем.

Я прохожу мимо всех наших родственников и друзей, включая, но не ограничиваясь Рай и Кайлом – да, мы теперь общаемся по имени, поскольку я, очевидно, их любимый будущий зять, и любой, кто скажет вам обратное, солжет – Майя, которая извинялась перед своей сестрой последние два года, Николай, дядя Эйден и тетя Эльза, дедушка и бабушка, и наша большая компания друзей.

— Мы уже пришли? — снова спрашивает она.

Я останавливаю ее перед статуей и снимаю повязку с глаз. Она моргает от внезапного света, но, когда она меняет фокус взгляда, ее губы раздвигаются.

Неземной цвет ее глаз расширяется по мере того, как она вглядывается в детали. Она переводит взгляд на остальные статуи и закрывает рот руками.

Я не могу не смотреть на нее, снова и снова влюбляясь в каждую искорку в ее глазах цвета полевых цветов.

"Она наконец повернулась ко мне лицом, ее лицо раскраснелось, а губы все еще приоткрыты.

— Они такие… такие… красивые. Нет, это преуменьшение. Я не могу поверить, что ты делал их все это время.