Бог Разрушения (ЛП)

— Это хорошо.

— Ты не думаешь, что я сошла с ума, выбрав кого-то настолько другого?

— Любовь по своей сути безумна, Мия. Если в ней нет этого элемента безумия, то это не любовь, на мой взгляд. У тебя есть два решения. Либо ты принимаешь все как есть, либо отпускаешь. Нет никакого промежуточного варианта.

— Вы с папой любите друг друга, и это не безумие.

Она смеется, звук разносится по комнате и оседает в пространстве между нами.

— О, мы были не просто сумасшедшими. Как и ты, я тоже никогда не любила нормальных.

— Правда?

— Ты думаешь, я бы оказалась с твоим отцом, если бы это было не так? Мы поглощаем друг друга, но и уравновешиваем. Может быть, это и нестандартно, но это работает. У нас трое самых лучших детей, о которых только можно мечтать. Так что я последний человек, который мог бы осуждать твой выбор, дорогая.

Я обхватываю ее руками. Если бы только Майя и Николай думали так же. Но пока достаточно мамы.

— А теперь расскажи мне поподробнее, — говорит мама, когда мы отстраняемся друг от друга.

Я делаю это, опуская те детали, которые, на мой взгляд, являются излишней информацией.

Мама внимательно слушает, хотя я говорю уже, кажется, целый час. Я доедаю первый пудинг, беру вторую порцию и все еще продолжаю. Мне нужно было, чтобы кто-то выслушал меня, не осуждая, ведь Майя теперь не на моей стороне.

Папа прерывает наш сеанс наверстывания упущенного.

— Твоя сестра хочет поговорить с тобой, Мия.

Мои плечи горбятся, но я все же поднимаюсь.

— Ты не должна сейчас с ней разговаривать, — говорит мама.

— Все в порядке, — показываю я и иду искать Майю в гостиной рядом с входом, скрестив руки, она изучает несколько корон, которые мы рисовали для уроков в детстве.

Мама почему-то решила повесить их над камином, как некое украшение. У Майи всегда были более сложные рисунки, чем у меня, но учительница хвалила мои безумные узоры. Они другие, говорила она. Искусство заключается в том, чтобы быть другим, а не аккуратным.

— Теперь они выглядят так уродливо, — говорит Майя, все еще отвернувшись от меня. — Я не знаю, почему мама вдруг стала сентиментальной.

Я не буду стоять перед ней, чтобы она видела меня. Это она пригласила меня сюда, поэтому она должна смотреть мне в глаза. Если она проигнорирует меня, как Николай…

Майя оборачивается, ее щеки раскраснелись, глаза блестят. Она выглядит не в своей тарелке, что совсем не похоже на ее публичный образ.

— Я до сих пор люблю короны.