Невеста на откуп

– У меня были отличные учителя, поэтому я знаю подобные тонкости.

– Ты закончила пансион? – удивление в голосе Её Светлости явно было неподдельным. – Не знала.

– Нет, я получила домашнее обучение.

Вот как! И совсем не обязательно говорить, что меня обучала мама и обычная швея – тетя Эйра. Официально она обшивала только средние слои населения, но негласно к ней ходили небогатые аристократы, поэтому все нюансы  она знала и делилась со мной. Жаль, что закончить обучение не получилось.

– Наверное, кто-то из слуг перепутал и подал не то платье, – в голосе герцогини промелькнуло недовольство.

Было у меня подозрение, что она недовольна не тем, что слуги перепутали платье, а тем, что шутка не удалась, и они с дочерью не смогут насладиться моим позором. Её Светлость хотела что-то спросить, но в этот момент в зал вошел герцог в сопровождении Алана.

Мимоходом сделав комплименты всем присутствующим дамам, в том числе и нянечке младшей дочери, отец пригласил всех за стол. К слову, нянечка с нами не села, значит, она незнатного происхождения, и у неё нет такой привилегии.

Господин Алан тоже не дворянин, однако сумел доказать свою полезность, и ему позволено садиться за стол вместе с семьей герцога. Пока мы рассаживались, я изучала собравшихся.

В законном браке у моего отца родились две дочери – Илаида и Люсинда – и два сына – Мирт и Тоилен. Самой старшей из детей была Люсинда, ей недавно исполнилось тринадцать. Найна-мельничиха как раз попала в Малфест во время праздника, устроенного в честь дня рождения дочери герцога, поэтому я знала, сколько лет девочке.

А вот в возрасте остальных детей не уверена. Вроде бы Мирт на два года младше Люси, а Тоилен на четыре. Илаиде четыре. Мальчики похожи на отца: шатены со слегка вьющимися волосами и светло-голубыми глазами, старшая дочь пошла в мать – зеленоглазую блондинку, а младшая понемногу взяла от обоих родителей.

Молодой брюнет с приятной внешностью и большой родинкой на носу расположился на стуле рядом со старшим сыном Его Светлости.

Гувернер – баронет, на мизинце у него особая печатка, обозначающая принадлежность к роду. Сложно рассмотреть, что там изображено, но крохотный рубин посверкивает отчетливо – а это показатель того, что кольцо – действительно артефакт, подтверждающий дворянство, а не подделка.

Рядом с Люсиндой села седая женщина лет пятидесяти.