Наследница Асторгрейна. Книга 1

– Я хочу подышать свежим воздухом, – обратилась я к Шеррану, когда ниданги собрались уходить.

– Никак не можно, маленькая даханни. Капитан оставили четкие указания на ваш счет.

– Так я что, под арестом?

– Не могу знать.

– И когда меня выпустят?

– Как прибудем на Монтерон. Это личные владения эйра капитана.

– И когда же это случится?

– Через три дня. Больше я ничего не знаю.

Я опять закусила губу, по старой привычке, но тут же испуганно стрельнула глазами в сторону нидангов. Кажется, у местных мужчин особый пунктик на сей счет.

Шерран покачал головой:

– Вам не стоит этого делать, если не хотите разозлить капитана. В нем слишком много от даханнов, а они не любят, когда их женщинам причиняют вред, даже такой незначительный.

– Так он поэтому на меня набросился?! – изумилась я.

– Он почуял вашу кровь. Не забывайте, он еще и шайен на четверть. А у них очень тонкий нюх.

– И что не так с моей кровью? – забеспокоилась я, вспомнив, что она поменяла свой цвет с красного на фиолетовый.

– Шайены… они… знаете ли, – прожженный пират, судя по всему, засмущался, не зная, куда деть глаза, – ну, их привлекает кровь противоположного пола.

– Ну, слава Двуликому, – облегченно выдохнула я, – а я уж испугалась, что они людоеды. Что ж, мне нечего бояться. Ваш капитан ясно дал понять, что я ему ничуть не нравлюсь. Можете ему передать, что не очень-то и хотелось. Пусть скорее ищет моих родственников, и я забуду эти сумасшедшие дни, как кошмарный сон.

Шерран наградил меня долгим, многозначительным взглядом, и с какой-то странной интонацией произнес:

– Клянусь кишками кашалота, Двуликий здесь абсолютно не при чем.

Они ушли, а я упала на узкую койку и глубоко задумалась. Слова Шеррана повергли меня в недоумение, потому как его грубоватые намеки абсолютно не вязались с действительностью.

Он сказал, что капитан – благородный человек? Но я что-то не заметила особого благородства. А вот грубость, нахальство и неприязнь – этого сколько угодно.

Я неожиданно вспомнила время, проведенное на имперском фрегате, и тяжелая тоска сжала мое сердце. Нападение пиратов было не случайно, это и так понятно, проигравший рейн посягнул на шейнаб.