Наследница Асторгрейна. Книга 1

Теперь, без искажающих прорезей черной маски, я увидела их во всей чудовищной красе: насыщенная желто-зеленая радужка, янтарный ободок по краю зрачка, отсутствие белка… и сам зрачок: странный, холодно-голубой, формой напоминающий сияющую лучистую звезду… Эти неимоверные зрачки сжимались и разжимались, пульсировали, словно две звезды в безлунную ночь, и при этом пристально вглядывались в мое лицо. Они словно гипнотизировали меня.

Сглотнув, я перевела взгляд ниже и уткнулась в тонкие губы, которые сейчас кривились в горькой усмешке.

– Не переживайте, эйрина, – шепнул он мне на ушко непозволительно интимным тоном, – это только первое впечатление. Так всегда бывает при отсутствии иммунитета, но у вас он в крови. Через пару часов ваше наваждение пройдет, а вот наше… дай нам Вир пережить это путешествие…

Он внезапно притянул меня еще ближе, ткнулся носом мне в шею, будто принюхиваясь, и пристально вгляделся в мои глаза.

– Сколько вам лет?

– Двадцать пять, – отстраненно ответила я.

Его необыкновенные загадочные глаза манили, как два бездонных колодца, на дне которых затерялось по звезде. Легкое головокружение не давало мне сосредоточиться на его словах.

– Двадцать пять?! Уже?! Когда было?"

"Я глупо улыбнулась и попыталась притиснуться еще ближе. Кажется, я не контролировала свое тело. Дазган грубо встряхнул меня, да так, что клацнули зубы.

– Когда было? – Повторил он, почти рыча.

– Будет! – я вырвалась из его рук и только сейчас увидела, что и остальные даханны настороженно следят за мной своими неимоверными глазами-звездами. – У меня послезавтра день рождения. И что?!

Кажется, я сказала что-то не то. Помощник и адъютант тихо охнули, дазган сжал челюсть так, что скрипнули зубы, и у всех троих сияние на миг вспыхнуло сильнее, будто от сильных душевных переживаний.

– Как вовремя, – прошептал мужчина и коснулся пальцем кулона на моей шее. – Надеюсь, все обойдется…

Я скептично хмыкнула.

– Не знаю, зачем вам знать, когда мне будет двадцать пять, но дело в том, что я приемный ребенок. Седьмое эловеля стало моим днем рожденья лишь потому, что именно в этот день мой названный отец нашел меня.

Зрачки дазгана резко расширились, превращая глаза в две сияющие звезды, но тут же сжались почти до точечного состояния.