Наследница Асторгрейна. Книга 1

Тоже беспокоится?

– Почему ты мне не сказал? – мне показалось или я слышу недовольство?

– Я не сказал? – а вот это уже возмущение. – Да я тебе третий день талдычу, акульи зубы тебе в печенку! Но ты упрямый, как осел. А теперь терпи!

– Ширрс'эн храйт! – по-моему, кто-то сейчас нецензурно выразился при даме!

Голоса медленно уплывали вдаль. Ласковое тепло обнимало меня, ластилось, как котенок. Я позволила себе отвлечься от странного диалога, расслабиться. Теплые волны уносили меня все дальше и дальше, и вскоре долгожданное забвение приняло меня в свои объятия…

***

И снова этот странный голос.

Я вижу водную гладь до самого горизонта и серебряную дорожку, ведущую от меня в туманную даль. Поднимаю голову, чтобы восхищенно замереть.

Прямо надо мной иссиня-черное небо, украшенное мириадами звезд. И над россыпью созвездий, как повелитель, сияет огромный серебристый диск – легендарный Син!

Что это? Я вернулась на двести миллионов лет назад? Но как?

– Моя кровь в тебе – лучший проводник в мире духов, – звучит над ухом таинственный шепот.

Я оглядываюсь, ищу глазами невидимого собеседника, вернее, собеседницу, потому что голос – женский.

– Кто ты?! – вскрикиваю в тревоге. – Покажись!

В ответ льется смех, похожий на переливы колокольчика.

– Иди ко мне… по лунной дорожке! – отдается эхом со всех сторон. – Иди ко мне!..

Лунная дорожка? Я недоуменно повертела головой.

Я осторожно шагнула со своего пятачка – единственного твердого места посреди огромной водной глади. Ноги, чуть дрожа, замерли у начала серебристой ленты.

А если это ловушка? Если я сейчас шагну в бездонную тьму, и ледяная вода накроет меня с головой?!

Я фыркнула, отгоняя глупые мысли. Ну, какая тьма, какая бездна! Это всего лишь сон.

И я решительно шагнула вперёд.

Глава 23

Это было невероятное, ни с чем несравнимое ощущение. Я словно парила над морской гладью, не касаясь ее даже кончиками пальцев ног. Впереди темнели клубы тумана, поднимавшиеся над поверхностью океана. Они растянулись вдоль горизонта, поднимались к самому небу, но с каждым моим шагом становились все светлее, все отчетливее.