Наследница

Он в другой стороне вокзала, откуда уезжают пассажиры побогаче. Следит за грузчиком, привязывающим к карете сундук с багажом. Цепенею, нервически мну в кулаках складки платья. Нас разделяют вокзальная площадь и стена дождя, безжалостного и ледяного. Яростные струи выбивают из луж пузыри, и воздух словно наполнен белесой дымкой. Мне холодно, получив прощальное послание, я выскочила из дома в домашнем платье, напрочь забыв о плаще.

Загадываю, что если Влад меня увидит, то я не стану колебаться.

И он оборачивается, замолкает на полуслове, руки опускаются.

Мне наплевать на свою гордость и на его прошлое. Не надо было вообще смотреть те гравюры и читать досье! Просто быть вместе – я не мечтаю о многом.

– Анна, как ты здесь оказалась? – произносит он, и, хотя старается придать голосу сухость, я чувствую, как он потрясен.

– Я люблю тебя, – отвечаю я невпопад. – Ты выиграл спор, я едва не бросилась в Эльбу от тоски. Я люблю тебя!"

"Он отстраняется, смотрит мне в лицо. Наверное, сейчас я напоминаю побитого щенка.

– Вы ведь можете меня украсть, суним Горский? Ладно?

Мгновение, и его руки крепко-крепко прижимают меня к груди.

– Ты совсем заледенела, дурочка, – шепчет он, целуя мои мокрые от дождя волосы. – Как ты додумалась выскочить из дома без плаща?..

– Они еще и обнимаются! – простонал селянин, возвращая меня в реальность, и до нас донесся плеск воды от упавшего в лужу тела.

– Это кто? – прошептал мне на ухо Влад в то самое мгновение, когда по всем канонам любовных романов должен был прошептать нечто ласковое, из разряда «ты совсем заледенела, дурочка».

– Охотник за привидениями, – отозвалась я сквозь зубы.

– А почему он хлопнулся в обморок?

– Он впечатлительный охотник за привидениями.

Воспоминание об омнибусной станции, яркое и четкое, заставляло сердце сжиматься от болезненного восторга и кружило голову.

– Я тебя нахожу то с пьяными изобретателями, то со злобным псом, то со странным типом. У тебя талант притягивать жалкие существа. Почему меня это не удивляет?

– Если ты хотел меня обидеть, то у тебя вышло, – пробормотала я ему в его рубашку, в действительности чувствуя нечеловеческое облегчение. – Скажи, что ты с каретой и мне не придется съезжать под горку на пятой точке.