Наследница

Я даже не буду их сильно мучить.

Прошел к покоям принцессы. Воины, стоявшие на страже, были слегка пьяны. Это плохо. Но я сделал вид, что не заметил. Пусть веселятся. Сегодня я женюсь!

Жаль мама не дожила до этого дня. Она была бы счастлива. Что-то кольнуло в груди, при воспоминании о матери. Она была единственным существом, любившим меня. Заботилась обо мне, защищала меня и умерла за меня.

Постояв немного перед дверью, я толкнул их, входя в девичьи покои. Двери за мной закрылись.

— Ну что, девочки, вы готовы? Ваш муж и господин пришел!

— Готовы! — услышал голос принцессы.

Эллия была по-настоящему прекрасна. Ее кудри, вьющие крупными локонами, спадали ниже пояса. Девушка стояла передо мной в рубашке до колен, но одежда не скрывала ее прелестей, она была, как паутина, показывая мне изящный девичий стан, но не весь: что-то скрывала, а что-то выставляла на обозрение.

Это было неописуемо. Я такого никогда не видел, а женщин познать мне посчастливилось довольно много. Эти полутона прозрачной сорочки… было даже лучше, чем, если бы Эллия предстала передо мной полностью обнаженной.

Я почувствовал дикое желание. Оно нарастало во мне как лавина. У меня даже во рту пересохло…

Эллия Александра«Грязное животное! Оборотень, демон — всё равно! Раса не имеет значения, если разумное существо полностью протухло изнутри!» — Мои мысли преследовали ярость и ненависть, пока я разглядывала «женишка», стоя около кровати, под матрацем которой лежал мой «счастливый случай».

— Вина? — Стараясь улыбнуться как можно естественнее, увидела, как подозрительно сощурился Дев.

— Вздумала меня отравить? — Грозно затрепетали крылья носа мужчины, раздуваемого от самодовольства и собственного эго.

— Нет. Разве я похожа на дурочку? — Спокойно прошествовав к кофейному столику, на котором стоял графин с приготовленным Илой вином, плавно виляя задницей, прогнулась, наливая спиртное, старательно соблазняя предводителя диких, чтобы его страсть и похоть помогли мне проткнуть чёрное сердце мерзавца.

Повернувшись с двумя бокалами вина, чуть не расплескала их содержимое, наткнувшись на горящие желанием глаза полудемона.

Илария лежала на постели, стараясь не сжаться от ужаса, как мы и договаривались. Девушку трясло так, как должно девственнице, я же не боялась ни прикосновений, ни даже насилия, прожив почти месяц в обители похоти, поэтому мозг был заточен лишь на достижение цели.