Наследник для Владыки Драконов 2

– Почему мне кажется, что кто-то делает всё, чтобы рассорить две могущественнейшие империи?

Аравер взглянул на меня по-новому, но ничего не ответил. Мой вопрос попал в цель, но обсуждать политику на балу – не лучшая затея, поэтому мы оба умолкли и продолжили танец.

К счастью, бал подошел к концу. Я уже направлялась к выходу, желая поскорее убежать в свои покои и отдохнуть от излишне насыщенного вечера, когда мне навстречу вышла Раванна со своими фрейлинами.

– Поздравляю, эри Марика, – произнесла она, тонко улыбнувшись.

– Но не императрицей, – позволила я себе лесть и присела в реверансе, чтобы задобрить её величество.

Мне сейчас только ссоры с ней не хватало! Ревнивая женщина – опасная женщина. А у неё было достаточно поводов ревновать ко мне и мужа, и возможного любовника.

– Как хорошо, что вы не забываете об этом, моя дорогая. Вы мне действительно нравитесь. Быть может, вы завтра придете ко мне на чаепитие?

Что она задумала? И смотрит так проницательно, как и все фрейлины.

– Или вам нездоровится по утрам? – спросила она с подтекстом.

– Я прекрасно себя чувствую в любое время суток, – ответила я, чувствуя, как от страха голос немного дрожит. – Но с удовольствием приму ваше приглашение, ваше величество.

– Прекрасно, – кивнула Раванна и развернулась.

Эладда слегка усмехнулась, будто не сдержавшись, и поправила выбившийся локон жестом превосходства. Но не это привлекло мое внимание, а пальцы с потемневшими подушечками, словно на них попала краска.

Это она! Она испортила платье Яниры. Но почему именно её платье? За что?

– Стойте! – окликнула я раньше, чем успела сообразить.

Ох, зря, зря я все это затеяла! Что я могу сделать? Что я могу сказать? Разве имею я право бросаться обвинениями в адрес первой фрейлины её величества? Да и будет ли от этого толк? Наверняка все это затевалось с молчаливого разрешения Раванны.

Демоницы развернулись ко мне, вцепившись в меня настороженными взглядами. Так смотрят на добычу, которая смеет трепыхаться перед смертью.

Раванна – хищница, а я – трепетная лань, слишком легкая добыча.

– Ах, мой милипусичек! – внезапно раздался громкий голос и следом за ним последовал визг и грохот.

Все одновременно устремили свои взгляды к центру зала и тут же подняли их наверх. Бедный привязанный к Доброньере пес раскачивался на зачарованных светильниках, поймав один из них ртом.