Развод. Бумерангом по самые я...

Я тоже…

- Приехали, - голос Яшина вырывает меня из фантазии, где я душила Лену собственными руками, а она хрипела, умоляя о пощаде.

Картина настолько живая, что я невольно смотрю на ладони.

- О чем задумалась?

- Лучше тебе не знать.

- Ну как скажешь. - Он ухмыляется. - Так что, покажешь мне дом?

Это уже третий раз, когда он ненавязчиво пытается напроситься ко мне в гости. Я снова делаю вид, что не понимаю. Пока он не говорит прямо:"

"- Карина, моя бронь в отеле закончилась, а я слишком устал, чтобы сейчас искать новый.

- Мечтай, - фыркаю, хлопаю дверцей и иду к дому, не оглядываясь. Он снова берет меня на слабо, а я снова ведусь. И ничему меня жизнь не учит.

В доме полно свободных комнат. И набрасываться на Яшина я, конечно, не собираюсь.

Но его присутствие здесь — как спичка в пороховом погребе.

Он стоит, улыбается, такой добрый, понимающий.

А потом будет смотреть мне в глаза и искренне удивляться: ""А я разве не предупреждал?»

Плавали. Знаем.

- Ого, - свистит он, переступая порог. - Основательно твой госслужащий наворовался.

- Это не он. Владлен ведет дела чисто.

- Неужели частная школа так прибыльна?

- Нет, это больше для статуса.

- Ты и этим занимаешься? - в его голосе проскальзывает уважение.

И я, к собственному удивлению, начинаю хвастаться:

- Не совсем. Если бы было время, разобралась бы сама. Но у меня есть трейдер. А недвижимость - это благодаря Владлену. Он пробивал выгодные объекты, я выкупала и сдавала.

- Умница, - он ухмыляется. - Пятерка. Можешь садиться.

Я перед ним, как школьница у доски, и это бесит.

Он спрашивает, где можно курить.

- В моем доме не курят.

- Ты бросила?

- Сразу после развода.

Его глаза расширяются.

- А я вот… - он крутит в пальцах красную пачку с черной надписью. — Ты бросила, а я подхватил.

- Давно?

- Лет двадцать пять. Получается… тоже после развода.

Тишина.

Что только Влад не делал, чтобы я оставила пагубную привычку. Запрещал, ругался, прятал сигареты, как-то даже обрезал фильтры, а я ему назло дымила так, будто это не мои любимые Мальборо, а старая дедовская Прима.