Развод. Бумерангом по самые я...

– С тобой договариваться о чем-то бесполезно, вчера же хотели развестись мирно.

- Я и сегодня хочу. - Я все еще не понимаю, как Ленино увольнение связано с нашим разводом. Господи, при Лёниных возможностях, он ей за полгода оттяпает школу не хуже моей. Но как будто ему не надо «не хуже». Ему нужна конкретно моя.

И в подтверждение собственных мыслей этот упырь говорит:"

"- Ты устроишь Лену обратно на работу и извинишься за свое поведение.

- А ты пройдешь тест у психиатра на адекватность.

Леня качает головой и вздыхает, так, будто он тут взрослый, а я несмышленый ребенок.

- Что ж. Видит Бог, я хотел по-хорошему. Тогда ты, милая моя, отпишешь свою школу на Лену. Все остальное мы поделим пополам, включая недвижимость и машины. Да, я разрешу тебе оставить половину, я же не зверь. И в переводе в денежный эквивалент эту куда больше мотоцикла, который ты делила со своим бывшим мужем, так что не смей строить из себя обиженку. Возможно, свою долю дома я у тебя выкуплю, тебе ни к чему такой большой, а у меня сама понимаешь…

Я понимала.

Вот только не думала, что когда-нибудь окажусь по ту сторону стола для переговоров. И что на мне будут отрабатывать приемы, которые я с таким интересом наблюдала со стороны.

- А если откажусь?

- То ничего не произойдет, Карина.

И он ударяет:

- И потом, я знаю, что ты прекрасно ведешь бизнес. Ни проверки, ни налоговая, ни санэпидстанция тебя не напугают. Что они там найдут? Тараканов в еде? Из-за этого ресторан не закроют.

‍- Лёнь, зачем ты это делаешь, - устало спрашиваю я.

Он отворачивается. Смотрит куда-то в окно, щурит глаза, будто видит там что-то помимо серой хмари.

- Ты обидела мою девочку, - наконец произносит муж.

И от этих слов, от двух последних, там, где он делает ударение, становится особенно больно.

Мою. Девочку.

Сначала его девочкой была я.