Развод. Бумерангом по самые я...

Собственными руками задушу!

Глава 33

Дверь закрывается за последним гостем. Я все еще улыбаюсь, машу рукой, кричу что-то про «отличный вечер» и «можем повторить». Мышцы лица застыли в этой идиотской гримасе, будто кто-то вколол мне ботокс в рожу.

И только когда голоса внизу смолкают, я, наконец, расслабляюсь. Челюсти разжимаются и я чувствую, как кожа медленно возвращается в нормальное состояние. Эта проклятая улыбка, которую я давил весь вечер, больше похожа на медицинскую маску в ковид. Носить трудно, снять невозможно.

Я поворачиваюсь. Лена стоит в дверном проеме гостиной, облокотившись о косяк. Губы полуоткрыты, взгляд мутный от выпитого шампанского. Ее пальцы медленно скользят по ткани платья, расстегивая верхнюю пуговицу.

- Коть... - она тянется ко мне, голос густой, сладкий. – Ну, наконец-то, мы одни...

Мне хочется схватить ее за плечи и трясти, пока зубы не застучат. Вместо этого я прохожу мимо, бросаю на диван галстук.

- Ты в своем уме?

Лена моргает.

- В каком смысле?

Ее голос. Как он нравился мне раньше. Теперь же действует на нервы. Такой чистый, звонкий, как колокольчик из старых пыток - вешают над головой, и он звенит, звенит, пока не сведет с ума. Вот и со мной также. Лена не кричит, не требует – просто говорит. А у меня кулаки сами собой сжимаются. И хуже всего, что я до сих пор ловлю себя на том, что прислушиваюсь к каждому ее слову. Как последний лох

- Ты вообще представляешь, что сегодня натворила?

Она делает шаг ко мне, носки мягко скользят по паркету.

- Ну, перестань... Все же было так здорово!

Я отстраняюсь.

- Здорово? - мой голос звучит как скрип ржавого ножа. - Ты выставила меня посмешищем перед всем отделом!

Ее пальцы замирают в воздухе. Глаза расширяются - сначала от непонимания, потом от обиды.

- Я просто… хотела как лучше…

- Как лучше? - я не сдерживаюсь, голос рвет тишину. - Чтобы все знали, что Владлен Казанский, начальник управления, разводится с женой ради двадцатилетней дурочки?

Она вздрагивает, будто я ударил ее.

- Для начала, мне двадцать шесть.

- О, прости! – Прерываю назревшую тираду. Не хочу слышать ничего из того, что может сейчас сказать Лена. - Забываю, насколько ты взрослая, потому что, извини уж, но иногда ты ведешь себя так, будто тебе шестнадцать!

- И я не дурочка... - шепчет она, отведя взгляд в сторону.

- Нет? - я смеюсь, и звук этот противен даже мне самому.