Развод. Бумерангом по самые я...

И что вот мне с ним делать? Он же сейчас абсолютно всерьез. Не смотря на ошалевшее придурковатый вид и безмятежные голубые глаза, как у городских сумасшедших, Тимофей доказал, что на него можно положиться.

Он тянется рукой ко мне, треплет по плечу, будто пытается приободрить. Я улыбаюсь, но улыбка выходит кислой. Ирония судьбы: сын мужа от первого брака называет меня мамой, а родные дочки... Ну что дочки. Всё как в плохом сериале - заняли сторону папочки."

"Интересно, это все моя вина? Огрехи воспитания, так сказать? Не понимаю.

Так чего ждать от девочек, которые с детства относились к отцу как к Боженьке, сошедшему с небес на нашу грешную землю? Так что я даже не удивлена, что близняшки в итоге выбрали не меня, а великого светлоокого Казанского.

- Ом, - тихо шепчет Тимофей, - в конце недели Янус с Полинусом прилетают.

Я киваю, делая вид, что мне плевать.

Дожили. О прилёте собственных детей узнаю от пасынка.

Господи, как так вышло?

- Они просили меня встретить их, поговорить. Ну, до того, как они приедут к отцу, - продолжает Тим, - а я отказался. И кажется, немного им нагрубил.

- Немного?

- Ну, я от своих слов не отказываюсь, сестры у меня безмозглые! – Вспыхивает Тимофей.

- Помиритесь, - говорю автоматически.

- Мы-то? Обязательно. А ты?

Молчу. Думаю.

Нет, я не удивилась их выбору. Это было предсказуемо, как финал дешёвой мелодрамы. Но от этого не менее больно. Потому что они – мои дети. Пусть взбалмошные, избалованные и... порой до того дурные девки, что иногда хочется, ткнуть их аккуратные носы в томик Макаренко, но… но это мои дурные девки, и я очень люблю их.

- Мы тоже помиримся, - наконец отвечаю. - Когда-нибудь.

- А если нет? Ты же видела этого… - Тимофей презрительно кривит губы. - Отец им такого наговорит, он же сам верит в то, что стал жертвой твоей тирании! Любовь у него истинная, млять! А она… она просто шлюха.