Наследник для шейха (СИ)

Вновь смотрит мне в глаза, будто считывая весь мой шок и страх.

— Джамиля… Красавица моя…

Выдыхает так, что у меня сердце удар пропускает, чтобы пуститься вскачь, в следующую секунду горячий мужчина притягивает меня к себе. Вскрикиваю, когда твердые губы шейха накрывают мои, сминая в поцелуе…"

"Глава 7

Этот поцелуй…

Никогда меня не целовали так, с таким жаром, будто ярость какая-то на меня обрушивается, сметающая все на своем пути, Аяз прижимает меня к себе, и я пальцами ощущаю его литую грудную клетку под кандурой…

Он будто каменный и горячий…

Его аромат дурманит, пьянит, губы твердые и умелые, аромат мужчины заползает в ноздри, вновь этот острый холодный запах с терпкими нотками, рука скользит по моей талии вверх, зарывается в мои волосы, чуть оттягивает, заставляет изогнуться и буквально повиснуть в руках мужчины, так, что приходится стоять на носочках туфелек, едва касаясь пола…

Шейх буквально упивается мной, туманит разум, а у меня голова кружится, и по инерции я цепляюсь пальцами за могучие плечи, будто за сталь держусь, за обжигающую, раскаленную магму пытаюсь ухватиться и не сгореть…

Слегка тянет мои волосы, так и держит и в лицо мое изумленное смотрит, губы рассматривает, пульсирующие после дьявольского поцелуя.

— Ты будто роса, сладкая и нежная… таешь на языке… Холуэ… Джамиля…

Слегка улыбается, и я лишь облизываю губы, не понимаю, что провоцирую хищника, у которого буквально в глазах искры зажигаются, а я дрожу под его взглядом.

Ничего не понимаю, не успеваю среагировать, как вновь притягивает к себе и вновь губы мои целует так, что я с трудом выдерживаю его напор, рука же шейха вновь отпускает мои волосы, скользит к линии челюсти, ласкает мою щеку и надавливает большим пальцем, заставляет слегка приоткрыть рот и в тот же момент, будто изворотливый змей-искуситель, проползает сквозь мои губы, умелый язык вбивается ко мне в рот и берет мой язык в плен…

Я уже вовсю пальцами сминаю кандуру шейха, не понимаю, притягиваю или отталкиваю.

Дрожу в его руках, чувствую что-то странное, чего никогда прежде не испытывала.