Наследник для оборотня (СИ)

Дагмар накрыл ладонью ее затылок и толкнул к фортепиано, укладывая грудью на клавиши:

— Этого ты хотела от меня? Таких слов?

Марина с трудом вдохнула воздух, чувствуя, как голодные звери возбуждения рвут ее на части:

— А это все слова, которые ты знаешь? Другого от хулигана, прогуливающего учебу, ждать не приходится… — Марина так погрузилась в свою фантазию, что даже окружающий мир теперь выглядел иначе. — А что если отличница узнает, о чем думает этот плохиш? Что если… они останутся наедине? В комнате, где стоит пианино.

— Нет, он знает много других слов. И захочет сказать их все, чтобы скрыть от нее, как она на него действует.

Марина вывернулась из его хватки и с трудом поднялась на ноги, упираясь бедрами в клавиши.

— А знаешь что… Отличница вдруг понимает, что это, возможно, единственный ее шанс получить себе этого парня. Она наслушалась от него много грязных слов, поэтому может предложить сделку на его языке.

Колени дрожали от силы возбуждения, которое накрыло волной цунами. Марина чувствовала, как по бедрам стекает горячая шелковистая влага. И причиной этому был Дагмар. Если бы он сейчас вошел в нее, то каждый его выпад, сопровождался бы влажным хлюпающим звуком, его член был бы полностью покрыт ее смазкой. От этой картины Марина, не сдерживаясь, застонала.

Дагмар сразу понял, что с ее мыслями что-то происходит…"

"— О чем ты думаешь? — Он рычал, снова утрачивая человеческий облик.

— О тебе… Хочешь я… — Марина вдохнула раскаленный воздух, набираясь храбрости, и попыталась снова: — Хочешь я отсосу у тебя?..

Его кадык снова дернулся, а в горле завибрировало протяжное бархатистое рычание. Он прикрыл глаза, и Марина увидела, как вокруг его фигуры снова появляется серебристое сияние.

— По-моему, я слишком погрузился в наши фантазии. Мне послышалось…

Марина коснулась его щеки, на которой дергался желвак:

— Я не умею этого делать… Откуда примерным девочкам знать о таком? Но я буду сосать у тебя, пока ты будешь играть на пианино.

Из горла Дагмара вырвалось раскатистое рычание. Он наклонил голову и потряс ею, словно пытался прогнать наваждение. Уперся ладонями в клавиши, заставив пианино жалобно застонать. Марина оказалась в плену его рук, напряженно застывших по обе стороны ее бедер.